Выбрать главу

Из здания, неспешно передвигая ногами, семенила старушка.

– Бабушка! Всего две гривны, и в вашей жизни появится новый смысл! – тут же окликнул её парень.

Женщина устало махнула рукой и прошла мимо, даже не взглянув в его сторону. Сказывалась старая закалка времён Союза – не доверять уличным торговцам и прочим шабашникам.

Я усмехнулся и подошёл к лотку. Если произошёл несчастный случай, следом должно следовать какое-то радостное событие, правильно? Мне очень хотелось, чтобы Лена поскорее выздоровела, а если билет не сможет этого дать, то, по крайней мере, хочу, чтобы для любимой свершилось какое-нибудь чудо, вроде букета изумительных цветов или шоколада. Хоть что-то волшебное!

– Один билетик, пожалуйста.

Парень пристально посмотрел мне в глаза.

– Вы уверены?

– Да, я уверен, – сказал я, протягивая две гривны.

– Билеты не всегда приносят счастье, мистер.

Это я уже заметил.

– Напомните, я вам заплатил?

Юноша вздохнул и демонстративно обвёл рукой лежащие на лотке билеты.

– Выбирайте.

Я взял самый последний из верхнего ряда.

– Это – лотерея, мистер, не забывайте об этом.

– Я помню, – заверил его я.

Поднялся по ступенькам, открыл дверь и прошёл в вестибюль больницы. Всего несколько минут потребовалось на то, чтобы узнать, в какой палате лежит Лена. Ещё семь минут, чтобы подняться на четвёртый этаж, перемолвиться с дежурной медсестрой и войти в одноместную слабо освещённую комнату.

Лёгкий полумрак создавал атмосферу дискомфорта. Одиноко горела на тумбочке лампа, освещая бледное лицо девушки, неподвижно лежащей на большой кровати. Какие-то трубочки тянулись к её голове и рукам. Рядом стояла капельница. Прибор, занимающий вторую тумбочку, раз за разом издавал слабый писк – видимо, отсчитывая пульс.

Я всегда не любил больничные палаты. Как-то неуютно себя чувствуешь, пребывая в тесной комнатушке, помнящей всех предыдущих больных. Кто-то из них выздоровел, а кто-то навеки покинул мирской чертог.

– Любимая… – я склонился над Леной, касаясь губами её лба. Мне не ответили. Девушка продолжала витать где-то в другом мире, не торопясь возвращаться назад.

Я присел на краешек кровати и погладил руку самой дорогой для моего сердца женщины. Достал лотерейный билет.

Ну что же, пришло время поверить в чудеса!

Потряс головой. Боже ты мой, да что я делаю? Возлагаю на кусок некогда бывшей коры дерева надежды? Когда передо мной лежит девушка, которую я люблю больше своей жизни, и которую, по словам медсестры, я едва не потерял!

Поднявшись с кровати, я подошёл к окну.

Ну, подумаешь, выиграл поездку в Испанию. Подумаешь, вечер без ссор получил. У нас и так почти все вечера с Ленкой такими были. Не слишком ли высока цена за приятные мелочи, без которых и так вполне можно было обойтись?

Что мне способен дать билет? Вечную молодость? Нет… Смерть всё равно не обманешь, как ни пытайся. Да и зачем? Если бы люди не умирали, очень скоро на планете было бы негде жить и нечем питаться. Перенаселение Земли погубило бы человечество! Да и неужели нерождённые ещё люди не заслуживают того, чтобы хоть глазком увидеть наш мир?! Природа матушка хитра. И очень предусмотрительна на этот счёт.

Что ещё? Деньги? Власть? Всё это не будет иметь значения, если любимой не окажется рядом. Никакие сокровища в мире не заменят её. Да, порою вредную, иногда невыносимую. Но – мою! Родную и любимую всем сердцем, до последнего вздоха.

Медленно, словно действуя на публику, я вертел в руках лотерейный билет. Задумчиво смотрел на обычный клочок бумаги, ставший в моей жизни новым откровением. Благодаря ему я многое понял. Многое осознал. И, главное, – научился ценить то, что имею. Так быть может не стоит продолжать нагло пользоваться милостью судьбы? Ведь, как показал случай, иногда фортуна поворачивается к тебе спиной.

Я открыл окно. Сделал вдох, пропуская в лёгкие приятный морозный воздух приходящей зимы и разжал пальцы.

Билет выскользнул из моих рук и, подгоняемый ветром, кувыркаясь, понёсся к близлежащим домам. Где-то там он и опустился на влажную от дождя землю.

Я закрыл окно и вернулся к кровати. Поправил Лене одеяло, погладил её по руке и тихонько сказал: