Наверняка не просто редкий, но уникальный. Я старался не смеяться, и без того хватит уже.
Бобби молча стоял у моего стола. Я смерил его взглядом с головы до ног.
— Что было, то было, — сказал он. — Но если вам неохота говорить Бобби Т., то и не надо. Просто Бобби тоже сойдет.
Мысленно я опять вернулся в мир американского кино. Там Бобби был бы здоровенным чернокожим парнем с мамашей в папильотках и папашей, который грабил банки. А сам Бобби Т., старший из четырнадцати мальчишек и кудлатых девчонок, кадрил бы девиц, рассказывая, как водил младших ребятишек в школу, пока мамаша пила. На женщин подобная дребедень всегда действует безотказно. Жалеют они таких мужиков.
Но вернемся к реальному Бобби. Белобрысый. Тощий и потрепанный. Волосы курчавые, жирные, кожа блестит. Что этому парню нужно?
— Давайте ближе к делу, — сказал я, поскольку посетитель начал мне надоедать. — Я, знаете ли, не лгал, когда сказал вам, что скоро закрываю. У меня сегодня вечером свидание с чертовски горячей штучкой, так что надо успеть принять душ и переодеться. Понимаете?
По-моему, он совершенно не понимал. Мы с Люси иной раз забавы ради гадаем, когда люди последний раз занимались сексом. Бобби, похоже, не занимался им уже несколько лет. Я даже насчет онанизма не был уверен. Люси куда лучше меня наторела в подобных догадках. Говорит, что по нижней части ладони сразу видно, много ли мужчина онанирует.
— Я пришел не ради себя, — сказал Бобби.
— Вот как, — вздохнул я. — А ради кого? Ради папаши? Или мамаши?
Или дружбана, который вовсе не хотел избивать тетку, ограбленную на прошлой неделе?
Этого я не сказал.
Научился держать язык за зубами, когда надо.
— Речь о моей сестре, — сказал Бобби.
Он беспокойно переступил с ноги на ногу, взгляд его впервые стал мягче. Я легонько хлопнул ладонями по столу и стал ждать, надеясь, что мой вид выражает терпеливость.
— Даю вам десять минут, Бобби Т., — сказал я.
Пусть не думает, будто времени у него сколько угодно.
Бобби несколько раз кивнул. Потом без приглашения уселся на один из стульев для посетителей.
— Я все расскажу, — начал он, будто я проявил интерес к его истории. — Я хочу, чтобы вы ей помогли. В смысле, моей сестре. Хочу, чтобы вы доказали ее невиновность.
Как же часто адвокат по уголовным делам слышит такое! Люди загоняют себя в самые что ни на есть сомнительные ситуации, а потом просят помощи, чтобы оттуда выбраться. Но все обстоит иначе. Роль адвоката — моя роль — заключается не в том, чтобы вместо ада отправлять народ в рай. Моя задача — проследить, чтобы те, кто выносит окончательное решение, выполнили свою работу как полагается. И чаще всего так и бывает.
— Вы имеете в виду, ее обвиняют в совершении преступления? — спросил я.
— Не одного. А нескольких.
— Ну хорошо, ее обвиняют в нескольких преступлениях. Но разве у нее нет защитника?
— Был. Только он свою работу не выполнил.
Я потер подбородок.
— Значит, она хочет нового адвоката?
Бобби покачал головой.
— Не она. Я.
— Простите, я что-то не понимаю. Вам самому нужен адвокат? Или вы полагаете, ей нужен новый?
— Последнее.
— Почему же вы хотите другого адвоката, а она нет? Лучше не навязывать людям, что именно им нужно. Большинство могут сами о себе позаботиться.
Бобби сглотнул, взгляд опять стал жестким, как раньше.
— Только не моя сестра. Она никогда не умела заботиться о себе. О ней всегда заботился я.
Стало быть, ответственный брат. Неплохо. В мире таких слишком мало. Или нету вообще.
— Послушайте, — сказал я. — Коль скоро ваша сестра дееспособна, вы не вправе вмешиваться и организовывать для нее защиту. Фактически вы оказываете ей медвежью услугу. Лучше пусть она сама решает.
Бобби наклонился вперед, облокотился о мой стол. Я не выдержал его дыхания и отодвинулся подальше. — Вы меня не слушаете, — вздохнул он. — Я сказал, моя сестра никогда не умела заботиться о себе. Не умела. Прошедшее время.
Я ждал, толком не зная, что будет дальше.
— Она умерла, — сказал Бобби Т. — Полгода назад.
Застать меня врасплох очень трудно, почти невозможно. Но Бобби Т. сумел. И от него не отмахнешься, он ведь не пьян и не под кайфом.
— Ваша сестра умерла? — осторожно переспросил я.
Бобби Т. кивнул, явно обрадованный, что я наконец-то понял.
— Тогда вы все-таки должны объяснить, зачем пришли сюда. Покойникам защитники не требуются.
— Моей сестре нужен защитник. — Голос у Бобби дрогнул. — Какая-то сволочь ложными обвинениями разрушила ее жизнь, и я хочу, чтобы вы помогли мне это доказать.