— Ах, графиня! — кто-то сунулся навстречу — не успела она зайти в зал. — Как жаль, танец уже начался! А я так надеялся, что вы составите мне партию на открытии вечера.
— О, — выдавила она, силясь припомнить — кто это такой. — Сожалею, я задержалась… было так душно.
— Но следующий танец ведь мой? — с надеждой вопросил молодой вельможа.
Как же его зовут? Они вообще представлены друг другу? Наверное, — решила Сабина. Раз уж он сам к ней сунулся.
— Само собой, — она улыбнулась ровно так, как ее учили — любезно и чуточку отрешенно.
— Ах, графиня — счастью моему нет предела! — он просиял. — Позвольте, позвольте, — и прихватил ее под локоть. Как-то совсем уж фамильярно.
Смутное чувство подсказывало, что вот так запросто хватать под локоток едва знакомых графинь не слишком-то вежливо. Но новый знакомый — кто же он, демон квадратный его дери⁈ — уверенно вел ее по залу, на ходу раскланиваясь с встречными и сияя, как начищенный таз.
При виде ошалевших глаз одной из вельможных тетушек, которой ее нынче представили, сделалось совсем не по себе. Кажется, это не тот человек, с которым можно вот так разгуливать под ручку.
Вот только не вырываться ведь у всех на глазах? Поставит себя в смешное положение. И вообще, может, она что-то не так поняла? В конце концов, откуда в королевском дворце, на официальном приеме, взялся человек, с которым неприлично разгуливать под руку? А еще она никак не могла сообразить, как бы ловчее спросить его — кто ж он всё-таки такой. Ну, не запомнила она всех, кому ее нынче представили.
Кавалер вел ее, уверенно лавируя среди придворных. И, судя по довольному лицу, не испытывал и тени неловкости. А вот Сабине молчаливое шествие через зал начинало казаться всё более неловким.
— Как вам нынешний прием? — осведомилась она, чтобы хоть чем-то нарушить молчание.
— О, как всегда — пышно, помпезно, — охотно отозвался кавалер. — Вам, должно быть, это нравится, не так ли?
— Да, всё очень мило, — прощебетала она и сама себя похвалила мысленно: ровно так, как и положено юной девице, очутившейся на торжестве!
— Всё-таки вы ничем не отличаетесь от прочих девиц, — самодовольно заявил нахал, чьего имени она по-прежнему не знала. — Восхищаетесь мишурой, радуетесь балу! Небось, и прибыли, чтобы подцепить жениха побогаче и познатнее, а?
Это еще что за тон⁈
— Я пока не думаю о замужестве, — вежливо отозвалась Сабина, старательно удерживая на лице выражение безмятежности.
Что-то ей стремительно переставало нравиться это знакомство! Тем паче, его и знакомством-то не назовешь: кто этот нахал⁈
— А вы высказываете редкие суждения, — она, как могла, обворожительно улыбнулась. — Не каждый день встретишь человека, который столь прямо заявит, что его раздражает роскошь и великолепие королевского дворца! Вы, сударь, оригинал.
Ответом послужила насмешливая улыбка. Что это — презрение, превосходство? Новый знакомый нравился Сабине всё меньше. Она уже жалела, что обещала ему танец.
— Позвольте угостить вас, — он цапнул два кубка с подноса, что проносил мимо слуга, один протянул ей. — Здесь — сравнительно тихо, можно дождаться спокойно следующего танца, — и указал ей на пару низких пуфов в уединенной нише.
— О, давайте постоим здесь, прошу вас, — Сабина изобразила еще одну улыбку. — Я насиделась в карете по дороге к столице! Помилосердствуйте.
Слишком уж эта ниша отгорожена от остального зала! Ее еще и прикрывало деревце в широкой кадке. Слишком будет напоминать это свидание наедине. И она шагнула ближе к свету, шуму и небольшим компаниям, беседующим по три-четыре человека.
— Боитесь упустить хоть каплю этого блеска? — он понимающе усмехнулся, перемещаясь следом за ней. — Понимаю: солдатские лагеря, биваки, палатки — и вдруг королевский дворец! Из дурнушки сделаться вдруг почти принцессой.
Сабина улыбнулась, пригубила немного из бокала, изо всех сил стараясь не зарычать. Что он прицепился к ее неосторожной фразе, которой она лишь пыталась прогнать неловкость?