Тут как раз и подоспели дворцовые стражники. Удивительно вовремя, чтоб спасти троих беззащитных молодых людей от разъяренной ловчей, на которую сами же и напали.
К раздражению Сабины, происшествие замяли.
Огласка, впрочем, была бы еще хуже: в любом случае, тень на ее имя пала бы. В самом деле, кто поверит, что модой повеса просто так прицепился к ней в пустом коридоре? Что не дала она ему для этого повода. Тем более, она ходила с ним под ручку на глазах нескольких десятков придворных! Улыбалась и хихикала. А подкараулил он ее, когда она ночью шаталась по коридорам.
Всё это ей и разъяснял терпеливо следующим днем Рогге, напоминая о предстоящем выступлении перед высокопоставленными чиновниками.
Всё это она прекрасно понимала и сама. Но согласиться с доводами разума и отказаться от скандала сумела лишь, когда запал стычки немного поутих.
«А я могла сказать, что ночью очутилась в коридоре, возвращаясь от вас!» — кажется, она таки ляпнула это в запале.
«И не стыдно вам трепать мое имя, — всесильный министр совершенно не разозлился на дерзость. В голосе его скорее звучала насмешка. — Меня же тотчас бросят все любовницы! Если узнают, что я даму отпустил гулять одну по дворцу после того, как продержал у себя половину ночи».
И укоризна, которой он пытался замаскировать откровенную веселость, странным образом заставила ее устыдиться. Притихнуть.
Сольмса с приятелями тихо выслали из дворца — и из столицы. Еще до рассвета — это тоже поведал Рогге. Если кто-то из них вздумает трепать языками — неприятности начнутся у болтуна. Просто потому, что болтовня — признание в попытке причинить вред ловчей королевства.
— Думаете, высылка его остановит? — устало осведомилась Сабина, когда остыла.
— Ну, это было бы слишком скучно, — Рогге развел руками. — Тогда это уже был бы другой человек! Вы сами-то часто останавливаетесь на полпути? — он помолчал. — Сейчас важно, чтобы вы без помех выступили перед кабинетом министров.
Сабина не сдержалась, хохотнула. Это намек на то, как она вломилась в его кабинет? Или нет — на то, как она ломилась сюда с самого утра. Потом посерьезнела. В целом, понятно. Что будет дальше — неважно. С Сольмсом еще придется столкнуться…
— А куда его выслали-то? — полюбопытствовала она, сообразив вдруг. — В тот самый гарнизон, которым он командует?
— Переживаете, что успеет уничтожить следы своих махинаций? — понимающе протянул Рогге. — Не успеет. Во-первых, его перехватят по дороге. У короны найдется для него пара-тройка поручений. Во-вторых, проверяющие уже там.
— Не понимаю. Зачем тогда мое выступление? Оно мне всё сильнее напоминает бутафорию.
— А вы не забивайте себе голову, — посоветовал министр. — Не надо.
На это Сабина не нашлась, что ответить. Слова из его уст прозвучали неожиданно — можно было бы ожидать такого от отца, от кого-нибудь из косных господ старой закалки. Но от Рогге — того самого Рогге, который шутил и смеялся, даже говоря о делах?
— Ладно, — покивала наконец. — Не забивать так не забивать. Кто я такая, чтоб спорить?
— Одна из лучших ловчих королевства. Но спорить и правда не надо. Какой смысл? — он дружелюбно улыбнулся.
И ладно. Ей же лучше.
Через несколько дней — заседание кабинета. Потом она сможет вернуться домой — Сабина с удивлением поняла, что соскучилась по спокойной, провинциальной долине Эрн.
Осенью — поездка в Саар, но об этом можно подумать позже. А Сольмс — да демон квадратный с ним! В конце концов, глупо рассчитывать, что не наживешь врагов, находясь на королевской службе.