Камин приятно согревал спину, высеченный прямо в черном камне скалы, что в этой зале с высоким потолком не целиком скрывала каменная кладка, чье место иногда заменяли старые, полуистлевшие гобелены. Сверху, из каменных сводов, лился тусклый дневной свет через прорубленные стрельчатые окна, но его недоставало, отчего сидевших за столом окружали и новые канделябры, с толстыми свечами, и немногочисленные человеческие черепа с тлеющими огарками в них, не способные, впрочем, испортить аппетит. От камина и двери вверх вели винтовые металлические лестницы фивландской работы, уходившие в небольшие отверстия высоко над головой. Они наверняка направлялись в лаборатории, которые возводили сверху, чтобы запахи химических реагентов не беспокоили тех, кого это не касалось. У восточной стены, напротив входной двери, имелась еще одна, приоткрытая, и, судя по доносившемуся из-за нее запаху и шуму посуды, там расположилась кухня. Далеко не так Карнаж представлял себе обиталище некромантов, хоть гобелены и оказались зловещи, отображая вкусы прежних хозяев к мрачным символам покровительствовавшей им стихии.
— А вы не проявили нам должного доверия, сударь, — заметил «ловцу удачи» рыцарь, отвлекаясь от чтения и бросая на него укоризненный взгляд, — Или это сила привычки? Что ж, тогда я вас понимаю и сочувствую. После войны правила этикета, хоть какого, пусть даже островитянского, видимо, поубавили своей былой обязательности.
— Вы сидели за столом, сударь, а в Феларе не пристало держать на ногах одного гостя, когда второй сидит, — начал было некромант, но рыцарь знаком успокоил его.
— Я не об этом, любезный хозяин. Мне неприятно видеть… да что там, настораживает готовность вашего гостя в любой момент пустить в дело клинок.
— О чем это вы, рыцарь? Объяснитесь, — нахмурил брови Карнаж.
— Охотно. Вы поставили свой меч у ножки стола под левую руку. Насколько мне известно — это жест недоверия и угрозы, исходя из традиций, связанных с вашим оружием, пусть и косвенно, ведь это клинок не воина, а убийцы.
«Ловец удачи» с усмешкой извлек меч из-под стола и положил его на скамью под правую руку.
— Благодарю, — Ройгар удовлетворенно кивнул.
— Дворянская кровь, клянусь своей черепушкой! — растянулся в улыбке Кассар, — Но к черту условности и церемонии господа, предлагаю выпить. Я поднимаю этот бокал с ядом, который только и способен будоражить мои безразличные ко всему прочему жилы, за то, чтобы здесь остановился на некоторое время ваш безумный бег, иногда заносивший вас на обочину и выбивавший из седла. Поверьте, ваша жизнь не старая кляча, которую стоит так погонять. Здесь вы найдете отдых, кров и пищу. О делах поговорим позже.
Обед плавно перетек в ужин, занятый разговорами. Трое сотрапезников делились новостями, что принесли с собой вместе с грязью дорог. Никто не решался начать беседу о деле. О той причине, что побудила заклинателя мертвых собрать столь разных путников за одним столом в столь далеком этим же путникам месте. Карнаж и Ройгар изредка перекидывались друг с другом озадаченными взглядами. Каждого удивляло присутствие здесь другого, так как каждый полагал причину своего визита на собственный лад, и уж никак не на стезю соседа.
Кассар выжидал и, наконец, посчитав момент удобным, начал:
— Итак, господа, хочу рассеять ваши сомнения, что породили всевозможные догадки касательно дела, которое я собирался вам поручить. Это будет первым моим поручением вам и, конечно же, не проверкой на преданность. Я не требую ни от кого из вас того, что еще не успел заслужить. Но дело, которое я зачинаю, требует таких сторонников как вы. Любой, кто собирается сделать что-то большее, и не только для себя, должен привлечь на свою сторону тех, чья помощь потребуется в ближайшем будущем… Однако, я опять начал издалека… Ближе к делу. Мне нужно несколько перьев ангела.
Некромант выдержал паузу под недоуменными взорами обоих гостей. Рыцарь и «ловец удачи» в который раз недоуменно переглянулись, снова вызвав усмешку своего нанимателя.