Девушка сразу стала серьезной. Она потушила сигарету и изобразила на лице недоумение.
— Ума не приложу, Борис Егорович. Все, и я в том числе, считаем, что сделал это кто-то свой. А вот кто…
Хвостов не так давно бросил курить и вид пепельницы, очевидно, вызывал в нем тоску по тем дням, когда он мог позволить себе пару крепких затяжек. Но начавшиеся вдруг проблемы с давлением и сердцем, к несчастью, а может быть и к счастью, заставили майора отказаться от дурной привычки. Хвостов убрал пепельницу в стол, затем черкнул несколько слов на листке бумаги.
— Ты нам очень помогла, Света, — сказал он и протянул полоску бумаги. — Вот тебе повестка. Придешь завтра к десяти часам в ГУВД. А сегодня можешь быть свободна. Привет папе с мамой.
Чекмаева встала. Чувствуя, что на нее смотрят, походкой манекенщицы направилась в выходу из кабинета.
Хвостов дождался, когда за девушкой закроется дверь.
— Вот такое оно нынешнее поколение, — сказал он, вздохнув. И непонятно было, чего в его голосе прозвучало больше: одобрения или недовольства. — Садись ближе. Что там у тебя?.. Со сменщиком охранника встретился?
Женя пересел на место Светы. Стул еще сохранял тепло девушки.
— Встретился. Ничего существенного.
— Бухгалтершу повидал?
— Повидал. Дома она и, между прочим, не одна.
— И кто же у нее?
— Кадамов Олег Семенович — директор "Бриллианта".
Жене показалось, что за темными стеклами очков Хвостов вытаращил глаза, однако майор равнодушным тоном спросил:
— И как же он туда попал?
— Обычный адюльтер, товарищ майор. Банальная история — женатый начальник крутит любовь с подчиненной.
— Ты его привез?
— Нет, он это… — Селиванов пощелкал себя пальцем по горлу, — не транспортабелен. Его место в вытрезвителе, а не за столом свидетеля. Ларионова тоже пьяна, правда, не настолько, кое-что я у нее все же узнал и обоих вызвал завтра в ГУВД к десяти часам.
— Правильно сделал. Что говорит Ларионова?
— Она подтверждает, что ушла с работы в восемнадцать двадцать. Бухгалтерша поехала домой, приняла душ, переоделась и подкрасилась. В девятнадцать сорок пять уже была в парикмахерской, где находилась полтора часа. Оттуда отправилась на свадьбу. По времени все сходится: у Нечаевых она была в двадцать один двадцать. Незадолго до полуночи они с Кадамовым покинули квартиру новобрачных и отправились к Ларионовой домой, откуда не выходят до сих пор. Кадамов, когда был более менее трезв… Это он уже при мне хлопнул пару рюмок, — виновато признался Женя, — сказал, что вчера ушел с работы после обеда. Он ездил в налоговую инспекцию по каким-то там делам, потом заскочил домой переодеться, и сразу же к Нечаевым.
Хвостов махнул рукой так, будто отгонял от себя назойливую муху.
— Кадамова пока оставим в покое. Он меня меньше всего интересует.
— Это почему же? — удивился Женя.
— Магазин частный. Он хозяин. Что же, Кадамов будет сам себя обворовывать? Нет, Женя, директор пока вне подозрений. В гораздо большей степени меня интересует бухгалтерша. В парикмахерской ее кто-нибудь запомнил?
— Что за вопрос, Борис Егорович! — с нотками превосходства изрек Селиванов. — У любой женщины есть "свой" парикмахер, услугами которого она пользуется. Ларионова не исключение. Я заезжал в парикмахерский салон, разговаривал с дамским мастером Колязиной — есть там такая. Так вот, она подтверждает, что Ларионова примерно от девятнадцати сорока пяти до двадцати одного пятнадцати была у нее.
— Это тебя там постригли? — не удержался от вопроса Хвостов.
— Там. А что? — Женя пригладил волосы. — Не нравится?
— Странно как-то, — хмыкнул майор. — Будто корова облизала.
Селиванов обиженно засопел:
— Вы ничего не понимаете. Это стиль такой.
— Может быть, — снисходительно согласился Хвостов. — Но я бы так не стригся. Ладно, прекратим пока этот разговор… Выходит, версия о том, что бухгалтер осталась в магазине, отпадает. В тот момент, когда она пришла в парикмахерскую, охранник как раз закрывал двери "Бриллианта" за Фефелевым. Жаль, но мы лишились главного свидетеля.
— Зато приобрели других! — Селиванов был полон оптимизма. — Мне кажется, я понял, каким образом преступник мог проникнуть в магазин, а потом выйти из него.
— Да-а?!.. Ну и как же? — с любопытством спросил Хвостов.
Селиванов торжественно встал.
— Пойдемте, товарищ майор, я вам покажу!
— Ну-ну, — с недоверием и в то же время подзадоривая помощника, произнес Хвостов. Он встал и направился следом за Женей.