Труп из-за прилавка исчез, кровь замыли, однако веселей в торговом зале не стало. Вид сломанных замков, открытых витрин, выдвинутых ящиков и разбросанных драгоценностей нагонял тоску. Тягостное впечатление усиливала унылая фигура Фефелева. Завскладом слонялся по магазину и от нечего делать заглядывал во все дыры.
Селиванов подвел начальника к двери.
— Я думаю, все происходило так, — немного волнуясь, начал он. — Охранник отлично знал убийцу. Несомненно, им является один из работников "Бриллианта", и у него имелся серьезный повод прийти ночью в магазин. Скажем, он что-то забыл. У охранника не возникло никаких подозрений. Чтобы не беспокоить ребят из пункта охраны и те не примчались в магазин по "ложному" вызову, он придержал ножом кнопку датчика. Вот так…
Селиванов достал из кармана перочинный нож и раскрыл его с намерением продемонстрировать начальнику свое открытие, однако Хвостов его остановил:
— Позвони-ка на пункт охраны, попроси включить сигнализацию. Будем проводить следственный эксперимент.
Селиванов подчинился. Он выполнил указания Хвостова и вернулся к обратно.
Датчик находился в нижней части двери. Женя присел, вставил лезвие ножа между косяком и торцом двери, придержал кнопку, а Хвостов открыл и закрыл дверь.
Женя разогнулся.
— А когда выходил, он заблокировал сигнализацию с помощью таких или похожих предметов. — Селиванов достал из кармана кусок проволоки с загнутым концом и целлулоидную полоску сантиметров тридцати в длину и два в ширину.
Хвостов взял у помощника прозрачную ленточку, повертел в руках, вернул.
— От упаковки рубашки, что ли?
— Точно, — подтвердил Женя. — Под воротничок подкладывают, чтобы не помялся. Это я в магазине у соседей слева выпросил.
Селиванов вновь присел. Дверной косяк был сварен из уголка. Длинная кнопка датчика проходила сквозь отверстие в нем и упиралась в торец двери. Уже испытанным способом, только теперь изогнутым концом проволоки Селиванов утопил кнопку так глубоко, что она вышла с обратной стороны косяка. В образовавшийся просвет Женя ловко вставил полоску целлулоида и вытащил проволоку. Кнопка надежно зафиксировалась. Приоткрыв дверь, лейтенант, просунул в щель другой конец целлулоида таким образом, чтобы он оказался на улице.
— Вот так это было! — С этими словами Женя вышел и осторожно прикрыл за собой дверь. Шкворень, проскользив по полу, попал в углубление — дверь оказалась запертой. Затем Селиванов ухватился за торчавший конец целлулоида и резко дернул. Раздался щелчок — кнопка прошла сквозь отверстие в косяке и уперлась в торец двери.
"Ну, как?!" — кивком спросил Женя.
Стоявший внутри магазина Хвостов расщедрился на улыбку и поднял вверх большой палец. Затем освободил шкворень, придержал ножом, предусмотрительно врученным Женей, кнопку и впустил помощника.
— Я думаю, эксперимент удался, — тоном, каким поздравляют юбиляра, прохрустел майор и пожал помощнику руку. — Ну-ка звякни на пункт охраны.
Весьма довольный собой Селиванов снял трубку телефона и набрал номер. Через несколько секунд он спросил:
— Сработала?.. Нет?.. Ясно. Можете отключить… — Положив трубку, отрапортовал: — Сигнализация не сработала, товарищ майор.
— Я в этом не сомневался. Молодец, лейтенант. Все это подтверждает, что убийца заранее готовился к преступлению. Даже, гад, крепежные болты на датчике ослабил, чтобы можно было целлулоид вставить. Хитер подлец, но мы тоже не дураки и докажем это! — Хвостов снял с телефона трубку, покрутил диск. — Алло?! — произнес он после паузы. — Привет, Дина… Не соскучилась?.. Как у тебя дела?.. Есть что-нибудь новенькое?.. Угу… Это меня как раз интересует… А еще точнее время назвать можешь?.. Понятно… Ну, пока, пока. — Майор положил трубку и сообщил: — Охранник умер между двадцатью тремя тридцатью и половиной первого. Возьмем середину — ноль-ноль.
— А я могу сказать вам время его смерти с точностью до секунды. — К Хвостову и Селиванову подошел Фефелев. Он стоял неподалеку и отлично слышал, о чем говорили милиционеры.
Майор подозрительно скосил на завскладом очки.
— А вам откуда это известно? Точное время может знать только убийца.
Лицо Фефелева перекосилось от испуга.
— Бог с вами, Борис Егорович, — силясь сохранить достоинство, проговорил он. — Ваши предположения беспочвенны. К убийству охранника я не имею никакого отношения. А время его смерти узнать нетрудно. Витрина, что стоит у стены, как вы видите, разбита. Очевидно, падая, Володя ударил по стеклу рукой. От нечего делать я разглядывал валявшиеся там побрякушки и наткнулся на часы. Они недорогие, стояли в витрине на полке, и мы все по ним узнавали время. От удара стеклянная полка раскололась, и часы вместе с другими предметами рухнули вниз и разбились. Видимо, сломалась ось маятника. Сейчас они показывают без десяти двенадцать. — Так как очки Хвостова все еще подозрительно поблескивали, Фефелев поднял руки. — Я ни к чему не прикасался. Можете сами посмотреть.