— Нет-нет! — категоричным тоном заявил Хвостов. — Никакого чая. Времени у нас в обрез, да и жена ваша нам потребуется. Так что пусть никуда не выходит.
В сопровождении хозяев Хвостов и Женя вошли в зал. Его размеры вполне позволяли проводить в нем торжество, рассчитанное на тридцать персон. Столько гостей вчера здесь, по-видимому, и было. Об этом свидетельствовали пять разнокалиберных столов и штук двадцать пять стульев. Очевидно, взятые напрокат у соседей они были сдвинуты в дальний угол комнаты и там дожидались того момента, когда вновь смогут вернуться к своим хозяевам. Свернутый в рулон ковер лежал на полу у мебельной стенки. На одном из столов груда чистой посуды.
— У вас здесь как в кафе перед открытием, — произнес Хвостов, удобно раскладывая свой скелет в огромном велюровом кресле. — Или после закрытия…
— Да-да, — рассеянно произнес Нечаев, усаживаясь на диване рядом с женой. — Прошу меня извинить за мой вид, — Виктор провел ладонью по небритым щекам. — Спать легли под утро, встали поздно. Честно говоря, я еще не совсем отошел после вчерашнего застолья.
— Охотно верю, — произнес майор и кивнул Жене: — Садись, лейтенант, куда-нибудь, будешь вести протокол.
Селиванов устроился на стуле за одним из столов и приготовился писать.
— Вашего мужа мы уже знаем, — продолжил Хвостов, обращаясь к молодой женщине. — Представьтесь вы, пожалуйста.
— Берикова Ольга Есеновна.
— В таких случаях не принято говорить очень приятно, — произнес майор. — Я Хвостов Борис Егорович. Это мой помощник, Селиванов Женя… Вернее, Евгений Кимович. А интересуют нас ваши вчерашние гости. Не все, конечно, а только работники магазина "Бриллиант".
Две складки у рта Нечаева обозначились резче.
— Вы что, подозреваете в преступлении кого-то из нас? — спросил он недоверчиво.
— Почему бы и нет? — поднял Хвостов брови. — В нашем деле нельзя исключать ни одной версии.
— Но ведь мы же все были здесь, на свадьбе! — воскликнул завсекцией.
— Что ж, отличное место, где можно сфабриковать себе алиби! — Хвостов взял тон ласкового отца, которого забавляют выходки не в меру расшалившегося сына. — А вы, Ольга Есеновна, хорошо знаете работников "Бриллианта"?
— Разумеется! — тряхнула рыжей челкой Берикова. — Я не в первый раз сидела за одним столом с сослуживцами мужа и отлично знаю их по именам, а некоторых даже по фамилии. — Чувствовалось, что слово "муж" в обиходе Бериковой появилось недавно. Произносила она его, будто посмеиваясь, немножко неуверенно, однако новый смысл старого слова ей, несомненно, очень нравился.
— Вот и отлично! — обрадовался Хвостов. — Значит, вы вместе с мужем можете помочь нам определить, кто и где из работников "Бриллианта" находился в интересующее нас время. Скажем, от двадцати трех тридцати до ноль-ноль тридцати.
Нечаев задумался.
— Знаете, — произнес он неуверенно, — я так сразу не могу вспомнить, кто и чем занимался в этот час.
Хвостов подкупающе улыбнулся:
— А я вам помогу. Вам нужна отправная точка. Постарайтесь вспомнить какое-либо яркое событие, которое произошло ближе к полуночи. Может быть, кто-то из гостей произнес интересный тост, спел, станцевал или подрался, в конце концов. Словом то, что вам запомнилось.
— Как же, как же! — встрепенулась Берикова и устремила свой взор к мужу. — Помнишь, Витя, ваш продавец, Саша, кажется, напился и брякнулся со стула на пол. Все еще переполошились…
Нечаев нахмурился.
— Был такой инцидент, — признался он неохотно. — Сашка напился, вел себя безобразно. Мне даже стыдно за него перед женой. Он все-таки мой гость.
— …Встречать гостей дело хлопотное, — продолжила Берикова. — Вчера я за весь день не присела, все готовила, а к вечеру валилась с ног от усталости. Если честно, то я не могла дождаться, когда гости уйдут… Впереди было много работы, — хозяйка кивнула на столы и гору посуды. — И, начиная с двадцати двух часов, я частенько поглядывала на часы. Когда Саша грохнулся на пол, началась суматоха. Вначале все подумали, что у него сердечный приступ… а я на часы и посмотрела. Было двадцать три двадцать.
— Ну вот! — торжествующе изрек Хвостов и, ликуя, кажется, даже потер руки. — Моя система сработала! Что же было потом?
— Потом, — подхватил Нечаев, — поняли, что Сашка пьян, и я, Игорь — это самый молодой наш продавец — да сосед, что живет этажом ниже, взяли Сашку и оттащили к соседу домой.