— О чем говорили?
— О чем в таких случаях говорят?.. Нес всякий вздор. С первого взгляда понравилась, мол, люблю, жить не могу…
— Музыку включали?
— О, да! Кассету какую-то врубил.
— Какую, не помните?
— Нет. Включил первую попавшуюся, которую в "бардачке" нащупал. Разве это важно?
— Для вас, да. — Хвостов издал звук, похожий на хрюканье. — Вы что же думаете, я вас расспрашиваю, потому что испытываю к вашим любовным похождениям нездоровый интерес?
— А-а… — догадался Кадамов. — Вы хотите сравнить мои показания с показаниями Светы?.. Сейчас, сейчас, погодите, я вспомню… Ну да, Стинг пел… Точно, я его кассету поставил. Там еще его самая знаменитая песня звучала. Эта… ла-а, ла-ла-а…
— Я надеюсь, вы не собираетесь нам концерт устраивать? — с иронией перебил директора майор.
— О, простите! — опомнился Кадамов.
Селиванов во все глаза глядел на директора. Сегодня в этом тихом, воспитанном человеке трудно было признать вчерашнего хама и дебошира.
Стул, а быть может, скелет майора загремел, когда он поднялся.
— Мы с вами закончили, — с трудом скрывая неприязнь, произнес Хвостов. — Надолго не прощаюсь. Поторопитесь, Олег Семенович, вас ожидает интересный разговор с Ларионовой. Вот ей и споете.
— Ха-ха! — принужденно рассмеялся Кадамов и поспешно встал. — В одном вы не правы: закатывать концерты — это по части Ларионовой.
Тяжелой поступью он направился к выходу, а майор обратился к помощнику:
— Парнишка этот, Романов, еще не ушел?
— Нет, Борис Егорович. В коридоре сидит, с Чекмаевой.
— Веди его сюда!
Женя вышел и тут же вернулся с Романовым. Хвостов со скрещенными на груди руками и широко расставленными ногами поджидал у входа в кабинет. Добродушия в нем было столько же, сколько у бульдога, посаженного на цепь.
— О даче ложных показаний предупреждал? — спросил он у Жени.
— Так точно, товарищ майор.
Хвостов взял парнишку за пуговицу на рубашке, притянул к себе, а потом легонько оттолкнул его к стене.
— Так что же ты, щенок, нам голову морочишь?
Очевидно, Романов подумал, что его сейчас будут бить. Он испуганно заморгал, прикрываясь руками, и залепетал:
— Да что я такого сделал, товарищ майор?
— Интересный вопрос! — Хвостов приблизил свое лицо к лицу парня, якобы для того, чтобы лучше расслышать ответ. — Так, говоришь, Чекмаева из дому Бериковой никуда не выходила?
Романов проблеял:
— Не-эт, э-э…
— Что не-эт?.. — передразнил Хвостов. — За решетку захотел? Сейчас я отправлю гонца за вещами к твоей мамочке, то-то будет радости в доме! Так выходила она или нет?
Игорь отвел взгляд.
— Ну, выходила.
— Когда?
— После того, как Сашу к соседям оттащили. Она танцевала, а потом куда-то исчезла. Я искал ее повсюду, но не нашел. А появилась она перед тем, как фотографировать стали.
— Значит, ее не было около часу, — прикинул Хвостов. — И как Чекмаева объяснила свое отсутствие?
— А никак. Сказала, что не мое это дело.
— Зачем же ты ее покрывал, утверждал, будто она весь вечер с тобой была?
— Света попросила. Сказала, что так нужно.
— Лох ты, Игорь, лохом и останешься, — посочувствовал майор. — А если она попросит вместо нее лет на десять-пятнадцать на зону присесть, ты, как джентльмен, согласишься?
Романов обиженно засопел.
— То-то же! — Хвостов подтолкнул паренька к выходу. — Иди и больше никогда не обманывай работников правосудия, даже если об этом тебя попросит женщина.
Парень рванул к выходу, а майор предупредил помощника:
— Смотри, чтобы они с Чекмаевой в коридоре не перемигнулись, и давай ее сюда!
Света Чекмаева в этот раз была одета скромно — в серые джинсы, босоножки и горчичного цвета водолазку. Правда, косметики как всегда не пожалела — трудилась над усовершенствованием лица, наверное, не менее получаса, а вот чтобы так тщательно уложить свою рыжую шевелюру, ей наверняка потребовался не один час. Когда же она сегодня утром встала?
Девушка плюхнулась на стул, достала из сумочки пачку сигарет, зажигалку и с непринужденным видом закурила.
— Я вижу, тебе понравилось курить именно в моем обществе, — проворчал майор, однако придвинул к Чекмаевой пепельницу.
— Га-га! — радостно закивала Света. — Вы же сами меня учили, как правильно нужно курить. Я вчера весь вечер тренировалась, чтобы вам понравиться.
— Напрасно старалась, я не люблю курящих женщин.
— А ваш помощник? — Чекмаева нахально подмигнула Жене.