В фойе, прислонившись к стене, дремал "горилла". Селиванов снял с телефонного аппарата, что стоял на столе, трубку.
— С вашего позволения!..
Парня так разморило, что он даже не пошевелился.
Женя набрал нужные цифры. Через три, громко прозвучавших в ухе зуммера, раздался щелчок и женский голос пропел:
— Ало?..
— Андрей мне нужен. Можно его к телефону?
— Минуточку!
Однако уже через пять секунд мужской хрипловатый голос зазвучал в трубке:
— Внимательно слушаю!
— Уголовный розыск. Лейтенант Селиванов… Вы Андрей?
По-видимому, у человека на том конце провода душа прыгнула в пятки.
— Какой-то офис обокрали? — спросил он упавшим голосом.
— Да нет, до вас еще очередь не дошла. В субботу вы дежурили?
Долгое молчание, — очевидно, Андрей ждал, когда душа вернется на свое место. Наконец, медленное:
— Дайте вспомнить… — и снова пауза, на сей раз, по-видимому, связанная с восстановлением в памяти графика дежурств. — Да, я…
— Ильмира Атаулина вам знакома?
— Это такая брюнеточка, высокая, стройная, с тонкой талией?.. — с весьма заметным оживлением сказали на том конце провода. — Небольшой, хорошо очерченный рот, идеальной формы нос, большие влажные глаза…
— Да, — усмехнулся Селиванов. — Сейчас вы скажете, что не знаете ее…
— Нет, отчего же. Очень хорошо знаю. С ней что-нибудь случилось?
— Все в порядке… В субботу она в офисе была?
— В субботу?.. Была.
— В котором часу?
— Пришла около полуночи, ушла в половине второго, не раньше… Послушайте, а вы действительно из милиции?
— А что вас смущает?
— Тон. Обычно так ревнивые мужья выспрашивают о непутевых женах.
— У вас, я чувствую по голосу, в этом деле большой опыт, — Женя подмигнул "горилле", который давно открыл глаза и теперь с интересом прислушивался к разговору. — А мои полномочия вам завтра ваш сменщик подтвердит. Спасибо, Андрей, за информацию. Желаю удачи! — Селиванов положил трубку.
Ильмира была симпатична Жене, и он втайне был рад, что ее алиби подтвердилось. Теперь женщину с уверенностью можно было вычеркнуть из списка подозреваемых.
Глава шестнадцатая
Хвостов испытывал чувство крайнего разочарования. А что еще должен испытывать человек, которому кажется, что он наконец-то добрался до финиша, а его вновь загоняют на старт? Увы, Фефелев оказался самым заурядным воришкой и ни к убийству охранника, ни к ограблению не имел никакого отношения, и вот теперь дело, которое майор считал завершенным зашло в тупик. Безусловно, преступник один из девяти работников магазина, но кто? У каждого из них есть алиби, и все-таки кто-то из них лжет. Что ж, начнем сначала?..
Хвостов надавил на кнопку звонка. Ларионова встретила его во всем своем великолепии: похожий на колокол короткий халатик с разъезжающимися полами, в правой руке бокал шампанского, в левой — сигарета.
— Ну, вот! — раскинула она руки, как ассистентка фокусника после удачного трюка. — Мужика мне как раз и не хватало!.. Проходите!
"Пьяна, как шлюха на малине, — пришло на ум майору поэтическое сравнение. — Может, оно и к лучшему, авось проговорится."
— По какому поводу праздник? — подыгрывая даме, поинтересовался Хвостов.
— Да какой там праздник! — поморщилась Ларионова. — Скорее панихида по "Бриллианту". Я ведь теперь без работы.
— Сочувствую! — майор снял фуражку и вслед за бухгалтершей направился в зал. — Но вам ли, Людмила Дмитриевна, сожалеть о потере? С вашими внешними данными и большим профессиональным опытом вы не останетесь долго без работы!
Ларионова сделала большой глоток из бокала, поставила его на столик на колесиках и потушила в пепельнице сигарету.
— На панель намекаете?
— Нет, что вы! — рассмеялся Хвостов. — Сутенер из меня никудышный. Просто так… к слову пришлось.
— Понятно! — с мрачным видом кивнула бухгалтерша. — Выпить хотите?
— Я на работе не пью!
— Придется! — Ларионова достала из серванта бокал, налила в него золотистый напиток и, поставив на столик, придвинула к Хвостову. — С чем пожаловали? — Подхватив свой бокал, уселась боком на диван, поджав под себя ногу.
Хвостов приземлился на короткой стороне "уголка".
— Все с тем же, Лариса Дмитриевна, — сказал он. — Преступника разыскиваем!
— Преступника? — Ларионову будто сильно сдавили с двух сторон, отчего выпуклые глаза ее совсем вылезли из орбит. — Какого еще преступника? Вы же вчера арестовали Фефелева!