***
Легкий самолет сделал круг над голубо-черной речной гладью между серых каменных россыпей по берегам, зашел на посадку, мягко коснулся бетонной полосы, побежал по ней к стоящему на окраине леса двухэтажному особняку из огромных сверкающих свежей желтизной на солнце бревен. Игорь сошел с трапа последним, пропустив вперед Семена и остальных пассажиров, которых увидел уже при посадке. Воздух, пусть и прогревающийся летним солнцем, холодил от низовых дуновений ветра, давая почувствовать, как трудно здесь даже за лето согреться земле после полугода беспрестанных вьюг и морозов. За бетонными плитами на земле ютились среди мха редкие травинки. За полосой в сотню метров этой скуднейшей растительности – лес из тонких и редких сосенок высотой в половину своих обычных взрослых собратьев. Полукарликовый сосняк стоял на белом мхе, который обычно покрывает такие вот бугры диаметром в несколько километров, отрезанные от остального мира морем бездонных болот. Пахло холодной водой – ветер тянулся по реке, взлетая на высокий обрыв, на котором между лесом и почти вымершим поселком было единственное скромных размеров поле, обустроенное под аэродром. Север, как всегда, дышал своей первозданной свежестью легко и непринужденно, без усилий убеждая в своей мощи и жестокости.
Когда-то крепкие дома как минимум вековой постройки, видневшиеся с другой стороны поля, явно переживали старческую немощь. Когда-то мощные бревенчатые стены крытых отрухлявевшими черными досками поплывших на мерзлом грунте домишек напузатились в разные стороны, словно живот обрюзгшего к старости спортсмена. Словно древние старики, которых не беспокоит уже их здоровье и вид, но сил еще хватает на то, чтобы с новым удивлением смотреть на мир – все такой же прекрасный и жестокий. Между древностями крошечного поселения, основанного на диком просторе несколько столетий назад уходящими от мира староверами, были набросаны миниатюрные свежие срубы и всякого рода хибарки, принадлежащие добирающимся сюда за тридевять земель провести отпуск рыбакам.
А за останками вымирающего поселка виднелась широкая пойма реки.
– Вот, господа, всего несколько часов лета от Москвы и вы в другом мире! – приветствовал ступающих на плиты взлетной полосы гостей Бойцов, прилетевший сюда на первом самолете.
– Чем этот мир такой уж другой? – спросил Семен.
– Россия – это ж мир миров, только приглядитесь! До ближайшей дороги и жилья отсюда – сотня километров по реке! До полярного круга – чуть больше. Чудо что сюда электричество в советское время провели!
– А сказка где?
– Там! – хозяин махнул рукой в сторону реки, – еще под сотню километров вверх по притоку на катере. Так что покатаемся! Думаете, это далеко?
Хозяин повел наскоро перекусить перед основной дорогой в свою перевалочную базу, как он называл особняк, усадил за огромный стол напротив длинного невысокого окна, открывающего панораму речных далей. Прямо напротив поселка в мощную северную реку впадала другая, тоже довольно сильная река, долина которой уходила прямо к спрятавшимся где-то сразу за горизонтом Уральским горам. По одному ее берегу подступал низенький лесок с одиноко возвышающимися над ним редкими гигантскими лиственницами с раскоряченными верхушками, по другому тянулись, очевидно, последние на этой широте полузаболоченные луга, благодаря которым могли выкормить какую-то скотину и прожить первые местные поселенцы.
– Для меня уже здесь отдыхается лучше, чем в Эмиратах. В поселок пара охотников по осени на моторках приезжают рыбачить и медведей петлями ловить на том берегу. Разложат тухлую рыбу – эти гурманы и бегут на запах, сломя голову. Карабин у меня и для встречи с ними приспособлен», – говорил о своих владениях Бойцов, указывая на стоящее рядом с приготовленными рюкзаками оружие. Карабин, действительно, был хорош для любой охоты в одиночку: имел один ствол для дробовых патронов и один нарезной. Можно было с любую секунду выстрелить дробью по взлетевшей птице или всадить несколько пуль в кинувшегося на тебя зверя.
– Но сказка начинается там, – продолжал он, указывая на уходящий к горизонту приток. – Ну, давайте собираться. Кто умеет водить катер на воздушной подушке? На другой технике вверх не подняться – все дно и винты разобьешь о камни, а на вертолете туда лететь неинтересно. Все умеют, если показать? Тогда идем.
Переобувшись в сапоги-болотники нужного размера и охотничье-рыбацкие утепленные костюмы, они, Бойцов, Семен, Игорь и еще два мужчины, прилетевшие в первом самолете, сошли вниз с обрыва к сплошной береговой россыпи булыжников размером со страусиное яйцо, поднялись на небольшой катер, который сняли с лежащего на берегу под камнями якоря. Бойцов поставил карабин в специально сделанное для него крепление в стенке, бросил рядом рюкзак, сел за руль.