Дерк ринулся наперерез и вскинул руку, нечто, сверкая, понеслось к мертвецу. Серебряные зубчатые тиски призрачной ловушки хищно чавкнули, проглатывая начищенный до блеска носок туфли. Острые шипы ловушки впились в камень пола, приковывая ожившего.
Ринувшийся было мертвец упал, вытянулся во весь немаленький рост, длинная рука в перчатке ловко сгребла в кулак ткань.
Дарг, достав что-то из кармана, с сожалением бросил это под нос восставшему. Оживший мертвец зашипел, как змея, серебряная капсула передразнила покойника.
Яркая вспышка сверкнула между нами, ослепляя держащего меня, превращая помещение церкви в негатив.
С воплем ужаса я дернулась. Послышался треск.
- Мерзавка! - Мои подштанники с дырой и заплаткой остались в кулаке не мертвеца, а вполне себе живого и активного конкурента, такого же ловца призраков, как и мы. Я же, сверкнув голым задом, проявила чудеса ловкости, вырвалась из хватки живчика и дала деру. Силы мне придавал замогильный ужас. Никогда не боялась призраков и их прикосновений, а живых тем более, но этот восставший из ада сумел меня напугать. Одно радовало: штанишки были чистые, свежевыстиранные, мне удалось украсть у кармелиток кусок мыла и тайком выстирать казенное, с метками нижнее исподнее, выдаваемое в приюте. Если бы белье было не чистое, я умерла бы со стыда и сама превратилась в призрака! Еще я планировала свистнуть иголку с нитками и избавиться от холодившей тылы дыры, но, видно, этому не суждено было сбыться.
Жалко разбитого зеркальца и потерянной ловушки. Про нижнее белье я умолчу. Кто ж знал, что Дарг припас одну вспышку и ему пришлось пожертвовать ею для моего спасания? Теперь мы были совершенно беззащитны перед призраками!
Мы рвали когти из церкви так, словно за нами неслась стая привидений. Конкурент, которому мы перешли дорогу, бежал следом без ботинка. На повороте нам стало ясно: от столь длинноного преследователя не оторваться. Мы уже задыхались.
Рев и свист пара заставили встрепенуться. Резко открылось второе дыхание. Мы почувствовали шанс на спасение и прибавили скорость, так будто в нас вселился сам дьявол.
Вскоре мы поравнялись с бронированным паровозом, вывернувшим из-за угла. Он легко нас обогнал, но мы и не собирались бегать наперегонки с паровой машиной, нас интересовал последний вагон.
Ловкие, как крысы, близнецы запрыгнули первыми и протянули мне руки. Я благодарно вцепилась в друзей, меня подтянули и поставили на подножку ночного экспресса.
Некоторое время страшный незнакомец бежал за поездом так, что мы уверовали: он вполне может его догнать. От этой настойчивости у нас волосы зашевелились на затылке. Пока с облегчением мы не услышали другой стук колес и поняли: первые вагоны въехали на мост.
Паровой экспресс мчался вперед, а я, держась за поручни, с ужасом смотрела на удаляющегося в дали и дыму незнакомца, державшего в руках мое жалкое бельишко.
Глаза ожившего мертвеца яростью светились в темноте, словно у призрака.
МАНИФЕСТАЦИЯ ВТОРАЯ: ПОХИТИТЕЛЬ МОЕЙ СВОБОДЫ *
- Джорджианна Мур Паркер! Джо-о-о Му-у-ур! Пар-КЕ-Е-ЕР! - раздался вопль с улицы, и я поняла, что дела мои плохи. Монашки узнали о каких-то проделках или ночных похождениях. Я не могла понять только: как? Потому что еще до утренней молитвы я дрожала под тоненьким одеялком в своей постели.
Как заключенный на казнь, я поплелась на звуки голосов, гадая, как именно меня накажут монашки. Они очень часто говорили о всепрощении, но никогда сами не прощали.
Я уже подходила к двери, когда льющийся из проема свет загородила чья-то темная фигура. По вытянутой, а не шарообразной форме я поняла: это не монашка.
К моему ужасу, знакомый, высокий и худой, как паук-сенокосец, лорд в наглухо застегнутом похоронном сюртуке появился на пороге. Я превратилась в ледяной столб под взглядом горящих синих глаз.
- Мой лорд, вы уверены, что вам так уж необходим этот дьявол в юбке с лицом ангела? - Сбоку от недавнего знакомца возникла тараторящая монашка. - Она не поддается ни воспитанию, ни уговорам. С ней совершенно невозможно сладить! Дрессировка тоже пасует! Даром что дочь лендлорда. Мы не смогли обтесать ее как полагается, и теперь «это» представляет печальное зрелище. - Монашка указала на меня, как на какую-нибудь бездушную вещь, не стоящую внимания такого важного гостя. - Вы можете выбрать любую другую в нашем монастыре, среди наших воспитанниц есть более достойные медиумы, провидицы, шептуньи, зрячие. Великолепно воспитанные, они составят вам достойную компанию и не опозорят на людях! Я не могу ручаться за этого чертенка в юбке, ее поведение может заставить вас краснеть и стыдиться. Особа с замашками дикой кошки не кампания лорду вроде вас, по-моему скромному мнению, конечно.