– Доброго! – скупо, без улыбки, поприветствовал женщину Степаныч.
– Я собаку ищу, Бомжа, – объяснила Ольга Николаевна. – Курицы ему принесла…
Вынув изо рта сигарету, мужчина аккуратно плюнул на тлеющую красным точку, чтобы затушить, затем, по-мальчишески прицелившись, щелчком кинул окурок в урну.
– Нету больше Бомжа, – после паузы угрюмо произнес он.
– Кто-то забрал к себе?
– Убили его. Не то отравили, не то задушили. Тут бездомных людей много ходит… Приезжают, уезжают. Может, кто-то из них. Только почему-то пса не съели.
Ольга вздрогнула, а Степаныч потер правой ладонью левую сторону груди.
– Какой смысл был убивать собаку? – задумчиво спросил он. – Я понимаю, с голодухи… А тут? Наверняка это сделал какой-то садист. Я ведь мечтал Бомжа домой взять… Больно умный пес, добрый. Но рабочий график у меня неподходящий, чтобы живность в доме иметь. Верите, нет, сам бы придушил того урода, который пса угробил…
– Что за день такой! – вслух сокрушенно удивилась Ольга Николаевна. – Только что на перроне услышала, что под поездом ночью парень погиб, бездомный. И Бомж наш тоже погиб.
Она вздохнула, а Степаныч махнул рукой и, сгорбившись, пошел вразвалку прочь.
Беспечно сияло майское солнце, по-летнему грея зацветающую землю, но душу женщины охватило ощущение опасности, словно холодная змея вползла на голые ноги.
Закрыв контору, Наташа созвонилась с охраной. Антон вышел из здания первым и терпеливо ждал ее под фонарем, подняв воротник ветровки. Ночной ветер разносил запахи распустившихся листьев.
– И в какую сторону идем? – спросил юноша Наташу.
– В разные, – ответила девушка. – Не стоит меня провожать, я недалеко живу.
– Тем более мне не в тягость, – решил не сдаваться Антон, – если недалеко. А тебе все равно будет спокойнее.
Наташа не ответила, она подумала о матери: как она там одна, без нее? Сиделка приходит лишь на два часа. Надо хотя бы часа на четыре…
Дружеские отношения между работниками букмекерской конторы и клиентами не поощрялись, хотя в инструкции об этом ничего не говорилось. Бывали случаи, когда девушки-кассиры принимали ставки от симпатичных им игроков в долг, без денег. При проигрыше игроки-должники зачастую пропадали, и девушкам приходилось гасить недостачу. Увольняли таких работниц без жалости.
Наташа, будучи доброй девушкой, относилась к клиентам с симпатией, но в этой симпатии была немалая доля сочувствия. Она могла понять физический риск: поход в тайгу, пересечение океана на папирусной лодке, покорение гор, даже экстремальные виды спорта. Это опасно, но в этом есть смысл – красота и торжество человеческой силы и выносливости. Но ставить кучу денег, а потом бегать по кругу в истерике оттого, что ставка проигрывает, – это нелепо. Наташа мягко, но неизменно отклоняла ухаживания игроков. В ее глазах эти люди были если не больными, то немного странными.
Наташа и Антон перешли сияющий огнями проспект и, двинувшись в сторону тихих пятиэтажных домов, свернули на маленькую улочку. На чернильно-мрачном небе не было видно звезд, даже луна затаилась. Наташе хотелось не идти, а бежать, так ее подгоняла тревога за мать и непонятно откуда возникший ближе к вечеру легкий страх.
– Какие здесь дворы жуткие! – добавил беспокойства Антон, расстроенный торопливостью Наташи. – Тут прирежут, и свидетели не найдутся. Черные деревья, кусты, фонарей нет…
Они повернули в темный, как яма, двор, Антон, раздосадованный тем, что девушка так спешит от него уйти, остановился и недовольно забурчал, переходя на шепот, глядя на ее светлеющие в темноте стройные ноги:
– Ладно, если ты так спешишь, пока! Если тебе в лом постоять со мной, я пошел…
Девушка торопливо бросила через плечо:
– Пока, – и пошла, почти не сбавляя шаг, дальше в темноту мимо густых кустов сирени.
– Наташа, – снова донесся до нее шепот, – ну, постой же! Наталинка!
Девушка побежала, но, споткнувшись о невидимый в темноте камень, упала.
Глава 11. Исчезновение Наташи
Ольга толкнула дверь конторы – заперто. Странно. Уже двадцать минут, как контора должна быть открыта для клиентов. Неужели Наташи нет на месте? Ольга Николаевна достала ключи. Сняла помещение с охраны, включила свет, технику, пытаясь одновременно дозвониться до девушки. Но механический голос равнодушно извещал: «Абонент недоступен».
Что случилось с ее кассиром? Обязательная, трудолюбивая и честная девочка – так Ольга Николаевна считала до сегодняшнего дня.