— Маскироваться нам не от кого, — отозвалась Фиделис, улыбнувшись Ошаке, как подруге. — Эфриты идут с запада, мы с востока.
— А широкрылы, в случае чего, найдут нас, даже если мы замаскируемся снеговиками, — поддержал Зюйд. Плюхнувшись на бревно, теперь похожее на маленький диванчик, рыжий ловец похлопал по свободному месту рядом с собой. — Давай, Ошака. Завтра трудный день. Сядь и расскажи, кто из отряда нравится тебе больше: я или Йон. Я уже давно жду, что ты откроешь мне свое сердце!
Ошака закатила глаза и, вскинув лук, скрылась в лесной тьме.
— Вот так всегда, — Зюйд притворно вздохнул и посмотрел на Джинни, окруженную подносами с едой. — А ты, наверно, хочешь, чтобы мы стали толстыми. Вот это месть, это я понимаю!
— Отлично, малец! — Йон и Луций с треском вывалились из елей. Командир отряда похлопал принца по плечу, на котором висел моток веревки. — Ты схватываешь налету.
— Твой «Хвостовой захват» — лучшее, что я видел, — Луций сказал это таким тоном, что у Джинни потемнело в глазах. Значит, теперь Йон у нас — лучший учитель ловцов. Ну-ну.
— А ты как думал! Старина Йон и не такому научит. Так, что тут у нас? — командир уселся рядом с Фиделис и потянулся к еде: левой рукой ухватил слойку, правой — плошку с супом.
— Снимите кляп с моего отца, ему нужно поесть, — сказала Джинни.
— Ты опять неправильно просишь, — проговорил Йон с набитым ртом.
Джинни шумно втянула воздух.
— Пожалуйста… — начала она, стараясь говорить как можно мягче.
— Нет, — отрезал командир отряда. — Нам ни к чему сытый враг, полный сил. Один день голодовки его не убьет.
Фиделис опустила голову, Зюйд тоже спрятал глаза. На этот раз никто не вступился за Джинни и ее папу. Даже Луций смолчал.
— Я видел следы, — голубой свет выхватил лицо Оша.
— Да, Ошака говорила, — Зюйд отламывал от слойки маленькие кусочки и по очереди закидывал в рот. — Широкрылы натоптали. И чего им не летается, с такими широкими крыльями?
— Нет, — отозвался Ош. — Не лапы. Ботинки.
Кусок слойки пролетел мимо Зюйдова рта.
— Опять безликий? — нахмурившись, спросил Йон.
«Тут и такие водятся? Не только безглазые?» — подумала Джинни, чувствуя, как сжимается желудок.
— Некорректно говорить, что у него нет лица, — отозвался Зюйд. — Мы не знаем, что там под маской. А вдруг — красотка?
— Где ты видел красотку, которая скрывает лицо? — парировал Йон. — Я ставлю на полуразложившийся труп, которого оживил эфир.
— Да, эфир тот еще шутник, — Зюйд тряхнул рыжей копной. — Осталось только понять, друг нам этот труп или враг?
— Ты хочешь водить дружбу с мертвецом? — хмыкнул Йон.
— Я определенно не хочу с ним враждовать.
— Да, труп не убить, — с глубокомысленным видом заметил Ош.
— А я о чем! — поддержал Зюйд. — Так что если господин Черная маска — мертвец, то, думаю, лучше нам его не злить.
«Черная маска!» — Джинни подпрыгнула на месте и пролила на себя суп. Благо, никто не заметил. Она непроизвольно дотронулась до воротника, под которым таился паук. Этот безумец Тагамар, сидящий в тюрьме у водопада, просил передать Маске привет. Если пленник знает его, означает ли это, что Маска — эфрит? И что делать, если он сейчас появится у костра? Упомянуть Тагамара или лучше не стоит?
— Снимаемся с места? — Фиделис вопросительно посмотрела на Йона.
— Не паникуй, Фифи, — отмахнулся тот. — Здесь широкрылы и Маска, там кабанидзы и Маска. Сама знаешь, ни от зверей ни от безликого нам не скрыться. Справимся, не впервой. К тому же, не будем забывать, что у нас в гостях именитый ловец и тренер Гордий-Лекс, — Йон ухмыльнулся. — Мы не можем перед ним ударить в грязь лицом.
В воздухе повисла неловкая тишина. Джинни подумала, глядя, как Йон уплетает пончик: «Хоть бы ты подавился!».