— Это правда! Они и не такое умеют, — горячо подтвердил принц.
— Йон, он не сбежит. У него же спина больная, — добавила Фиделис.
Прирученный широкрыл тоже решил поучаствовать в перепалке. Воздев голову, он отрывисто крикнул: «Ууррэ!» и обхватил Джинни крыльями, создав вокруг подобие щита. Сверху тотчас посыпались перья-стрелы. Ловцы еле успели попрятаться по укрытиям.
Только перевели дух, как широкрылы выстрелили снова. На этот раз большинство перьев полетело в сторону ежевичника. Оттуда раздался тонкий вскрик.
— Фиделис, ты как? — заорал Зюйд.
— Ранена, — ответил вместо нее Луций.
— Ну все!
Рыжий ловец выскочил из-за ели и сделал руками такое движение, словно схватил и потянул поводья. Минула секунда, другая — и оттуда, где находился папа, донесся клич:
— Уууэээ! Уууэээ!
У Джинни сердце затрепетало от радости: Зюйд все-таки освободил папу! Она поднырнула, высвобождаясь из объятий широкрыла, упала на колени, склонила голову и повторила за отцом. Обе птицы опустились на землю. Одна пошла к папе, другая потерлась клювом о затылок Джинни. Нападать они больше не собирались. Мама была права: крик птенцов действовал на широкрылов обезоруживающе.
Зюйд бросился к кустам ежевики. Оттуда выскочила Фиделис, и они чуть не столкнулись. У девушки было разодрано предплечье, но перо прошло по касательной, так что рана не выглядела чересчур опасной.
Вслед за птицами на землю спустилась Ошака. Из ее правой руки торчали два пера.
— Каздур задар'мева! — она плюнула себе под ноги и принялась вытаскивать перья.
Джинни не знала, что значат эти слова, но по тону поняла: ругательство, причем грязное.
— Что произошло и где Ош? — спросил Йон. Он хмурился и с недоверием поглядывал на широкрылов. Двое из них непринужденно чистили смертоносные перья, а один стоял поодаль, за деревьями.
— Это все Маска, — ответила Ошака. — Мы наткнулись на широкрылов, и тогда Маска напал сзади. Он ранил Оша, сильно. Я полетела сюда. Широкрылы заметили, — она тяжело вздохнула. — Я ошиблась, нельзя было их приводить.
— Если кто ошибся, так это я, — сказал Йон. — Сможешь показать, где Ош? Нужно его забрать.
— Конечно, — Ошака сразу поднялась в небо, и Йон последовал за ней.
Кто-то по-свойски потрепал Джинни по волосам. Оглянулась — Зюйд. А она уж думала, широкрыл балуется.
— Хорошо, что ты сказала мне «нет» у костра, — усмехнулся он и похлопал себя по груди. В жилетке была дыра, сквозь которую проглядывала бутыль. По ней, как вены, разбегались трещинки.
Сзади послышался шум: треск сучьев и хлопанье крыльев. Джинни поспешно обернулась и увидела, как широкрыл стремительно взмывает ввысь.
— Это невероятно, — пробормотал Зюйд.
Джинни была с ним полностью согласна. На спине у широкрыла сидел папа.
Глава 16. ОБЛАКО ЖЕЛАНИЙ
Ошака
— Тогда потей, рыжий, — говорю я, и мы с братом уходим в гущу леса.
Идти с Ошем, один на один, настоящее удовольствие. Мы ступаем нога в ногу, почти бесшумно, и молчим. У него копье, у меня лук. Как будто мы снова в Опалах: идем охотиться на жирных белок-эккулярок или драться с одной из банд.
Слышу сзади какой-то шорох, невесомый, как дуновение ветра. Оборачиваюсь, натягивая тетиву.
Никого.
Идем дальше. Ага, вот и знакомое урчание. Я помню его с позапрошлого похода, такое не забывается. Широкрылы совсем близко. Мы с Ошем переглядываемся. Он надавливает на еловую лапу, и нам открывается зрелище, от которого холодеет внутри. Внизу, в ложбине, пируют широкрылы. Раздирают тушу кабанидзы. Тело большой свиньи утыкано перьями.
Надо возвращаться и сниматься с места. Один широкрыл — опасно, два — смертельно опасно, три — нет шансов выжить. А их как раз трое. Мы, и правда, выбрали неудачное место для стоянки.
— Убьем их, — говорит брат. У него сейчас тот самый взгляд, который я так не люблю.
— Ка-рра обенаи, — говорю я и кладу руку ему на плечо.
Он недоуменно глядит на меня. Забыл. Все забыл.
— Так говорила мама, когда ты мучил и убивал животных. «Кровавый мальчик». Ей не нравилось, что ты делаешь.