— Не волнуйтесь, господин Злотень, — успокаивающим тоном произнесла Бэф. — Просто включите поднос в наш счет. Я заплачу, — шепнула она Джинни.
Старик хмыкнул, буркнул «То-то же!» и пропал за стойкой. Похоже, он остался доволен сделкой. Еще бы: настоящую цену подноса девочкам никак не узнать, а значит, можно подрисовать в конце пару нулей.
Джинни, тяжело вздохнув, полезла за кошельком, но Бэф остановила ее.
— Джинни, я заплачу, — мягко повторила подруга.
— Вот еще! — отозвалась Джинни, раздосадованная собственным поступком. И зачем она выкинула этот злосчастный поднос? — Это же я виновата.
— Но это я попросила вызвать портал, — возразила Бэф. — Пожалуйста, — ее лицо украсила нежная улыбка, — позволь мне заплатить. У меня много… даже слишком много карманных денег, — несмотря на улыбку, в глазах проскользнула непонятная печаль. Можно было подумать, что наличие денег по какой-то причине огорчает ее.
— Правильно, Бэф, — поддержала Весения. — А ты, Джинни, не возражай, когда за тебя платят, — назидательно добавила она, глядя не на подругу, а в зеркальце. — А то спугнешь Госпожу Халяву, и никто тебя больше никогда не угостит.
* * *
Вылетев из кафе, подруги направились в район Глубин, где и находился Музей музыкальных шкатулок.
Здание музея представляло собой идеальный куб, покрытый разноцветными плиточками. Взглянешь — и невольно залюбуешься. На одной плиточке — заяц-большеглаз, на другой — шарик Земли, на третьей — желтый нарцисс, на четвертой — толстощекий младенец, на пятой — волынка… Ни один рисунок ни разу не повторялся.
Впрочем, здесь, в районе Глубин, где располагались одни только музеи и библиотеки, каждое здание поражало своей архитектурой. Был тут белоснежный, идеально гладкий дом-яйцо без окон и дверей, был деревянный дом-корзина, прозрачный кривой дом, похожий на причудливый осколок огромной льдины, и многое другое.
Джинни с интересом разглядывала причудливые строения, мысленно наставляя себя, что надо почаще вылетать за границы своего района.
— А вот и Сладкая Королева прибыла со своей свитой, — донеслось до слуха Джинни. Она покривилась — прекрасно знала этот гнусавый голосок.
К Джинни подлетела — впрочем, не слишком близко — девочка-сверстница. У нее были мощные ноги и маленький, завернутый кольцом хвостик. Чуть позади нее держалась стайка девчонок, однотипных, как серые галки. Все они учились в музыкальной секции и считались там лучшими.
— Это у тебя свита, Тоня, — ответила Джинни, скользнув по девчонкам равнодушным взглядом. — А у меня друзья.
— Ты не уловила иронии, — протянула большеногая. — На самом деле ты никакая не королева, а значит и свиты у тебя быть не может.
Заявив это, Тоня фыркнула, развернулась и отплыла к своим. Хихикая и переговариваясь, будущие жрицы полетели в сторону музея.
— С ума бы не сойти, какая сложная подколка, — пробормотала Джинни, закатив глаза.
— Это вообще кто такая? — нахмурилась Кирка.
— Да так, — Джинни не хотелось развивать тему.
Но Бэф охотно взялась за объяснения:
— Это Тоня. Ее приставили к Джинни, чтобы подтянуть сольфеджио.
Джинни сделала такое лицо, будто съела целый лимонный сад.
— Но вместо этого, — дополнила Весения, — Тоня-Свинячий-Хвостик только выпендривается и строит из себя самую крутую.
— Ну вообще-то, в плане музыки она очень даже… — Бэф поняла, что говорит что-то не то, и замолчала. На ее губах появилась виноватая улыбка.
Тут на площадке перед музеем открылся портал, и из него выплыла госпожа Эллада — наставница в секции «Жрецы гармонии». Крепко сбитая и низенькая, она, тем не менее, не была лишена грации и даже величавости. По старинной учительской традиции ее высокую прическу украшала заколка в виде бутыли с крохотным сияющим сапфиром внутри.
Тоня, завидев наставницу, расцвела любезной улыбкой и чуть подалась вперед: госпожа Эллада всегда вначале приветствовала своих любимчиков, часто забывая поздороваться с другими учениками. Но в этот раз, вопреки ожиданиям, музыкантша направилась к Джинни и ее подругам. Лицо у Тони вытянулось и как будто немного позеленело.