— Я помню, о какой цене мы договаривались, господин Несгиб, — произнесла госпожа Астра, положив руки на плечи дочери. — Но в связи с последними обстоятельствами, вам придется удвоить сумму.
— Вы решили сообщить мне об этом сейчас, когда все уже подготовлено? — мужчина, самый пожилой из всех, заложил руки за спину и принялся раскачиваться с пятки на носок. Он был невысок, сухопар и затянут во все черное. — Потрачено столько сил, времени, и страшно представить, что стоит на кону, а вы устраиваете торг?
— Нет-нет, что вы. Я не торгуюсь, — отозвалась госпожа Астра с интонацией захлопывающегося капкана. — Я требую.
— О каких же обстоятельствах вы толкуете, позвольте узнать?
— Ремул срочно призвал кое-кого во дворец. И что самое удивительное, кое-кто безропотно согласился, — мать Бэф посмотрела на свои руки и довольно улыбнулась, словно ей только что сделали замечательный маникюр. — А значит, все очень и очень серьезно.
Господин Несгиб перестал раскачиваться.
— Вы неплохо осведомлены, — равнодушно произнес он.
— Я просто умею слушать и люблю поговорить. Вот, к примеру, на днях я познакомилась с чудесным юношей из газеты «ХВОСТовство». Газетенка так себе, собирает тайночки, скандальчики, интрижки. Им явно не хватает глубины. Впрочем, поклонников у газеты немало. А может стать еще больше. Если нарисуется настоящая сенсация, репортеры оторвут ее с руками. Как вам такой заголовок: «Что скрывает король Ремул?».
— Тутх, — господин Несгиб повернулся к одному из своих спутников. Тот сжимал в руках небольшой саквояж. — Расплатись.
Тутх поставил саквояж на пол и затем один за другим достал оттуда четыре мешочка синего бархата. Туго набитые кошели (в свете огней мелькнул вышитый золотом вензель «Р») перекочевали в руки госпожи Астры, и она ловко спрятала их в небольшую сумочку, висящую на плече. Ремешок ридикюля натянулся, как струна.
— Очень благородно с вашей стороны, — мама Бэф сладко улыбнулась. — Вы даже не попробовали убедить меня, что у вас недостаточно камней, чтобы расплатиться. Не переживайте, все пойдет сиротам.
— В каком-то смысле мы сэкономили, — ответил Несгиб. — Наемный убийца запросил бы больше.
Улыбка не померкла на лице госпожи Астры.
— Я знаю парочку джиннов, которые убили бы ради меня, — нараспев произнесла она, — совершенно бесплатно. И кого угодно.
— Приступим к делу, — господин Несгиб решил закончить пикировку. Он вытянул длинный подбородок в направлении Бэф и выжидающе поглядел на госпожу Астру.
Джинни поймала себя на том, что уже минут десять охотно подглядывает и подслушивает за взрослыми — а те ведут какую-то мутную беседу, явно не предназначенную для чужих ушей. Конечно, Бэф тоже их слышит. Но раз госпожа Астра взяла дочь с собой, наверное, она знает, что делает. Джинни осторожно ощупала горло — ух, пальцы холоднющие! — поморщилась и открыла рот, чтобы попробовать произнести хоть полслова. Тут Бэф запрокинула голову и, если бы Джинни не потеряла дар речи до этого, то непременно потеряла бы его сейчас.
В глазах у Бэф не было зрачков. Белые глазные яблоки слепо смотрели на Джинни и матово поблескивали, напоминая вареные яйца, очищенные от скорлупы. Джинни дернулась и прижала ладони ко рту.
— Элиза-Бэф, детка, послушай музыку, — госпожа Астра резко нажала на плечи дочери.
Бэф грохнула коленками об пол, но не издала ни звука. Взрослые тоже промолчали: никто не спросил, не больно ли ей, хотя все видели, что она ударилась. Собравшиеся не сводили с Бэф глаз, словно ожидая чего-то.
— Приложи ухо к полу и спой для мамочки то, что услышишь, — госпожа Астра говорила ласково, но в ее голосе слышались жесткие приказные нотки.
В душе у Джинни заклокотало. Бэф не в себе и только что разбила коленки о золотой пол, но ее маме и остальным джиннам нет до этого никакого дела. Нависли, как коршуны над раненым олененком. Чего они хотят? Хотят, чтобы Бэф спела. В башне. Ночью. Джинни нервно заерзала на месте. Что предпринять? Рухнуть им на головы? Захлопать в ладоши?
«Как только замечу, что Бэф угрожает опасность, сразу вмешаюсь!» — пообещала себе Джинни, чувствуя, как сердце скачет в груди, будто заводной цыпленок в Музее музыкальных шкатулок.