— А…
— Поняла?! — почти прорычала Весения. — Клянись, что сделаешь так, как я говорю!
— Хорошо, — Джинни немного растерялась от такого напора.
— А теперь идите. Жду вашего возвращения, — и Весения демонстративно отвернулась в другую сторону.
Бэф быстро набросила ей на плечи свою шаль, и они с Джинни устремились вниз.
— Зачем ты это сделала? — повторила Джинни. — Может, эти дары мне даже не пригодятся! И вообще. Это мое дело! Я решила лететь к Облаку, я решила взять эти дары — а ночные кошмары будут мучить тебя!
— Никакие кошмары меня мучить не будут, — мягко и убежденно заговорила Бэф. В ее ладонях, разгоняя тьму, снова плясал огонек. — Я ведь не сплю по ночам. Ну, в обычном понимании. И не вижу снов. Моя… — она задумалась на мгновение, — болезнь похожа на параллельную жизнь. Пока все спят, я хожу, летаю, говорю, совершаю какие-то поступки и, возможно, о чем-то думаю. Правда, я потом ничего не помню. Так что призрак просто не сможет залезть ко мне в голову. А если залезет — ему же хуже, — закончила Бэф. В этих словах не было угрозы, одно сочувствие.
Джинни открыла рот, но не произнесла ни звука. Она поняла, что Бэф права, и ощутила прилив гордости за подругу. Самая добрая, справедливая и во многом наивная Бэф просто обвела призрака-холодную-голову вокруг пальца. Джинни захотелось крепко обнять подругу, она повернулась к Бэф и увидела, что та напряженно вглядывается в темноту.
— Джинни, — прошептала она. — Там, внизу. Еще один. Призрак.
— Двое, — прищурившись, сказала Джинни.
Девочки выжидающе замерли на ступенях. Призраки тоже не спешили бросаться навстречу, и у Джинни появилась надежда: а вдруг на этот раз обойдется? Разглядеть бы, кто там, внизу, поджидает. Может, нестрашный кто-то.
Бэф вытянула вперед ладони с дрожащим огоньком. Слабый свет подтвердил — да, призраков двое — и добавил новые штрихи: невысокие, худые, жмутся друг к другу. Один держит светящийся шарик.
— Да это же мы! — воскликнула Джинни. — Там зеркало! Просто зеркало! — она рассмеялась от облегчения и припустила вниз через две ступеньки.
— Смотри, не врежься. Береги голову, — произнес чей-то голос, знакомый и незнакомый одновременно, чужой и...
Джинни остановилась.
Свой. Она услышала свой голос. Из зеркала.
Джинни подняла взгляд и посмотрела на свое отражение. Желтые глаза хищно сверкали, как у озлобленного зверя. Рот кривился в ядовитой усмешке, словно линия, проведенная с завязанными глазами.
— Только одна из вас пройдет дальше, — сказала Джинни-из-зеркала.
Бэф спустилась ниже — ее отражение тоже приблизилось. У зеркальной копии, казалось, вместо лица была восковая маска. Ни одной эмоции, ни капли жизни. И большие, выпуклые, черные пуговицы вместо глаз. Джинни глянула через плечо и выдохнула, увидев, что реальная Бэф совсем не похожа на свое отражение.
— Я останусь тут, а ты иди дальше, — сказала Бэф и, наклонившись к уху Джинни, стоящей на ступеньку ниже, добавила: — Эти отражения выглядят вполне безобидно.
Джинни не могла с этим согласиться. От собственного лица, искаженного насмешливой гримасой, и собственного голоса, который вылетал из зеркала, волосы на затылке стояли дыбом.
— Можешь идти дальше, мой двойник, — произнесло отражение, сверкнув глазами, как золотыми монетами. — Прямо сквозь зеркало.
— Будь осторожна, — Джинни обернулась к Бэф. — Не разговаривай с ними, а то мало ли. Я быстро, — закрыв глаза, она шагнула вперед. — Ой!
Зеркало затряслось, будто от смеха. Джинни схватилась за ушибленный лоб.
— А я ведь предупреждала: береги голову, — пропело отражение, фальшиво улыбаясь. — Совсем забыла сказать. Чтобы пройти сквозь зеркало, нужно выполнить одно условие.
— Если хочешь что-то получить, — вдруг прошипела Бэф-из-зеркала, не меняя мертвого выражения на лице, — нужно вначале что-то отдать.
— Хочешь дары гербионов? Подари нам кое-что взамен, — добавила зеркальная Джинни.