— Вья-а! Вья-а! — раздалось сверху.
Подняв голову, Джинни увидела, что звезды заслонила крылатая тень. Сокол сделал круг и плавно опустился на землю. Он сложил крылья и приоткрыл клюв, словно желая отдышаться или сообщить что-то важное. Джинни протянула птице ладонь, надеясь, что все пройдет так же легко, как с леопардом. Гербион наклонился, моргнул, и из его круглого глаза выкатилась слеза. Сорвавшись, она льдинкой упала Джинни в руку. Слеза была твердой и напоминала стеклышко, обкатанное водой.
Джинни поблагодарила сокола, и тот взмыл в небо. Она была рада тому, что дары достались ей настолько просто, но при этом чувствовала досаду, ведь они оказались странными и неказистыми. В душу и голову полезли сомнения. Уголь и стекляшка — чем они помогут тому, кто отправляется в поход к Облаку? А может, гербионы просто ее надули?
Тем не менее, Джинни осторожно положила стеклянную слезу в карман и огляделась в поисках кобры. Глаза быстро привыкли к лесной темноте, к тому же деревья здесь не стояли непроглядной стеной. Джинни пошла вперед и тут ей показалось, что под выгнутыми корнями сосны, словно вставшей на цыпочки, кто-то шевельнулся. Джинни опустилась на корточки и заглянула внутрь небольшой ямы, темневшей под корнями. Там лежало что-то продолговатое. Это мог быть такой же корень, но могла быть и змея.
Джинни встала на колени, почувствовав вязкое прикосновение размокшей земли. Прелый запах с новой силой ударил в ноздри. Просунув голову в яму, Джинни попыталась разглядеть, прячется ли кобра среди корней или это просто игра воображения. В ту же секунду, когда она поняла, что ее поиски увенчались успехом, змея повернула голову, разинула пасть и бросилась вперед.
Джинни вскрикнула и отшатнулась, упав навзничь. Сухая змеиная кожа скользнула по щеке, но ожидаемого укуса не последовало. Сзади, оттуда, куда устремилась кобра, раздался истошный вопль.
Джинни обернулась. Змея куда-то делась, а в двух шагах от сосны стоял барон Тобиас. Он изо всех сил сжимал кисть правой руки, как сжимают фрукт, когда хотят выдавить сок. Из ладони верховного распорядителя торчало нечто, похожее на крупный обломок камня. Воя от боли и ужаса, барон выдернул обломок, отбросил его и побежал к пологу, высоко задирая ноги.
Джинни поднялась, тревожно озираясь по сторонам. Кобра как сквозь землю провалилась. Тогда Джинни взглянула на предмет, который выдернул из своей руки барон. Это был зуб с продольной полоской спереди, похожей на шов.
— Барон Тобиас! — окликнула она и побежала следом за верховным распорядителем. — Вы ранены?
Тобиас не оглянулся. Он быстро откинул полог, но, вместо того чтобы забежать в тоннель, вдруг отпрыгнул в сторону. Навстречу ему вышел Август.
— Ваше… высочество… — сипло выдавил верховный распорядитель. — Змея… укусила… Я… ничего такого! Клянусь!
— Вы прекрасно знаете, Тобиас, — сухо заговорил принц, — что гербионы нападают только на тех, чьи намерения далеки от благих.
— Молю! — барон, казалось, готов был заплакать. — У вас есть… противоядие?!
— Вы собирались напасть на девочку и отнять у нее дары, так? — Август смерил барона презрительным взглядом.
— Я не… Да как вы… — Тобиас задыхался: то ли от яда, то ли от негодования.
— Вы теряете время. Свое время.
— Эфрит вас побери! — истерично взвизгнул верховный распорядитель. — Вы хоть знаете, сколько… за них можно выручить… на черном рынке?! Ваши твари не обеднеют, если… поделятся! — верховный распорядитель качнулся, как будто перебрал лишнего.
— Все ясно, — голос принца наполнился усталостью. — Ступайте в лекарню, госпожа Авиценна не спит, она вам поможет. И даже не надейтесь, что дворец выпустит вас и позволит сбежать.
Сказав это, Август поднял и придержал полог, позволяя барону уйти.
— А я ведь знал его с детства, — произнес принц. Затем он потряс головой, словно стряхивая остатки дурного сна, и с участием обратился к Джинни: — Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — Джинни пожала плечами. Все, действительно, было в порядке. Только усталость давила на плечи. — Как ты меня нашел?