- Вот мы почти и на месте, - говорит Кевин, я отрываюсь и смотрю куда мы подъезжаем.
Я теряю дар речи когда вижу, что мы почти рядом с Эйфелевой Башней.
- Ох, Боже мой! - визжу я, от восторга. Неужели?!
Я уже была настроена на то, что не увижу эту красавицу своими глазами, поэтому сейчас, стоя прямо перед ней, я всё ещё не могла в это поверить.
Сразу же как Кевин оставил свой скутер на стоянке, я крепко-крепко обняла его, без всякого смущения, только с теплом и большой благодарностью.
- Я так тебе благодарна, ты даже не представляешь, как я сейчас счастлива, - тихо проговорила я, но он слышал.
- Благодарить будешь потом, - весело, но с искренней и гордой улыбкой сказал Кевин, - Пошли.
Ночь накрыла Париж тёмным покрывалом. По улицам зажегся свет от фонарей, а выглядывающая то и дело луна игриво касалась серебристым светом домов и стёкол машин. Эйфелева башня блистала огнями, будто вспышками фотоаппаратов, и возвышалась над Марсовым полем, да и над всем городом, больше чем на триста метров. Металл, из которого она была сделана, отливал серебристо-золотым в ночном свете. Поляна вокруг башни была усеяна парочками, а те, кто не захотел сидеть на газоне, отправились на самый верх, и собирались остаться там до закрытия ресторана. Однако, чем ближе время подходило к одиннадцати, тем меньше людей оставалось рядом с всемирно известным произведением искусства. Золотая красавица окрашивалась то в серебристый, то в другие яркие цвета. Кевин, взяв меня за руку, вёл на самую верхушку башни. Я постоянно оглядывалась, глаза разбегались, я всё хотела запомнить, оставить в памяти. В этот момент, я всей душой была благодарна только одному человеку, который вытащил меня из номера и повёл туда, куда хотела именно я, а не он. Он ради меня, потратил последние часы в этом городе. Раньше я считала бредом то, что Париж - это город для влюблённых. Так вот, я ошибалась.
И вот последние ступени и мы наверху самой большой башни во всей Франции. Я затаиваю дыхание и восхищаюсь ночным Парижем. Желудок уже сделал сальто-мортале, от чего меня немного замутило.
Кевин стоит рядом, мы всё ещё держимся за руки и молчим. Это не неловкое молчание. Это молчание обозначает, что после него будет важный разговор.
Людей, кроме нас, тут нет. Они есть только на самом низу. Восхищаются видом оттуда.
- Это самый лучший вечер, - прошептала я тихо, но эмоции мои били через край, - Кевин, ты лучший. Спасибо тебе огромное...
- Не стоит, Лори, - улыбнулся он, прервав меня, - Я..
Но я тоже его прервала.
- Хочу лишь сказать, что без тебя бы этот Париж, не был бы таким ярким.
- Лори, я давно хотел тебе сказать. Меня ещё с самого первого дня тянуло к тебе. Всё хотел подойти и сказать это, но не было подходящего момента. Ты замечательная девушка, Лори. Ты всегда ходишь какая-то грустная, позволь мне сделать тебя счастливой.
Я смотрю ему в глаза. Такие любимые. Такие небесные. Кажется, я влюбляюсь уже в сотый раз.
Мы обнимаемся. Обнимаемся стоя на самой высокой башне Франции. В самом сердце Парижа. В городе для влюблённых. Сами влюблённые.
***
Я смотрю на себя в зеркало и улыбаюсь своему отражению. Вот и всё. Чемоданы собраны, шкафы пусты, кровати заправлены, но я счастлива.
Вчерашний поход на башню мне запомнится надолго. Во-первых, это было самое удивительное и самое волшебное время в моей жизни. Во-вторых, мать устроила такой скандал, что легли мы спать только в четыре часа. Вообщем, самый лучший день.
Мы все вместе садимся в автобус. Я с Кевином. Кэт с Фрэдом. Больше я в их отношения не вмешивалась. Захотят, сами расскажут.
В аэропорту мы пробыли всего минут пятнадцать, как нам уже объявляют, что самолёт ждёт. Когда все устроились на своих сидениях, я стала искать наушники в своей сумочке и не заметила как что-то выпало из неё.
- Лори, кажется, твоё, - подал мне Кевин.
Я осторожно взяла жвачку и вспомнила откуда она у меня появилась. В тот момент, когда я пошла в бассейн, а Кэт подарила её мне, как в знак примерения. Только тогда я даже не хотела и держать эту жвачку в руках, а сейчас...
Я раскрыла обёртку, достала жвачку и посмотрела на текст.
"Love is... когда вы готовы ради друг друга на всё".