— Хорошо, друже, так тому и быть. Но поспешать нам надо, как можем.
— Так чего ж мы тогда тут прохлаждаемся, встаем и отчаливаем, эй ты, — швырнул в Фурмина миску виконт, — прибери тут все, помой да отнеси на ял, и шевелись давай, не то опять с тобой позабавимся.
Служка вскочил и принялся выполнять указание, а компаньоны отправились грузиться на корабль.
Спустя некоторые время все вопросы были улажены, и ялик вновь ходко двигался по водной глади, унося приключенцев все дальше от зловещей обители Фавнира. Над рекой веял свежий ветер, и озябший солдат плотнее закутался в свой шерстяной плащ. Он глядел на веером расходящиеся от носа корабля волны и размышлял о грядущих вызовах. Временами сердце захватывало трепещущее, словно бы щекочущее чувство предвкушения, а временами душа уходила в пятки от страха.
— И где же правда, ведь он сказал, что не сам выбрал себе такую участь. Я вот тоже сейчас не по своей воле оказался в этом мире, а никуда не деться. Это будет и честно и правильно ему помочь, — убеждал себя Северин, тут же мысленно одергивая, — Ха, ты так размышляешь, словно бы у тебя есть выбор, ты избран, а значит, уже несвободен. Пойди наперекор и мгновенно окажешься уничтожен. Кто ты против такого могущества? Червь, букашка, если не хуже.
Сигмар вздохнул, и понурил голову, в которой бурлили совсем невеселые мысли:
— У него то сил и власти хоть отбавляй, это так, но, подумай хорошенько, Северцев, что тогда можно сказать о его врагах. Он задумал тягаться со всеми властелинами этого мира, причем не земными князьями и герцогами, а с самими небожителями. И ты вместе с ним, но он бессмертный владыка тьмы, повелитель легионов мрака, а ты всего лишь букашка.
— Не сомневайся, человек, иногда сорвавшийся камешек вызывает обвал, который погребает под собой целый город. Пусть его сила невелика, главное, чтобы он оказался в нужное время и в нужном месте. Помни об этом, и помни о награде, что тебя ждет, ты не пожалеешь, Сигмар Северин, — раздался в голове рокочущий чужой голос, солдат вскинулся и помотал головой, пытаясь отогнать наваждение.
Обтерев лицо холодной речной водой, пахнущей тиной, Сигмар достал из-за пазухи бурдюк и, отвинтив пробку, приложился к нему, гулко глотая неразбавленное вино. Спустя минуту хмель пронесся по сосудам тела и мягко окутал сознание, отчего стало немного теплее и спокойнее. Северин отпил еще пару глотков, закрыл бурдюк, и, сплюнув в воду, чертыхнулся:
— Ну и черт с ним, будь, что будет. Надо действовать, а не размышлять и плакаться над своей судьбой. В конце концов, если все выгорит, то… Я и об этом-то мечтать не мог, что уже имею, а об обещанном Жнецом и говорить нечего. Вперед, товарищ Северцев, вас ждут великие дела.
— Эй, брат-рыцарь, не слыхал ты историю о том, как толстый приор на свинье прокатился? — услышал Сигмар окрик виконта.
Солдат развернулся, и, усевшись поудобнее, ответил:
— Не привел Незримый покуда, а что, веселая история?
— Веселая, веселая, тебе понравится, — засмеялся Эммульд и принялся повествовать.
А река тем временем несла их вперед к цели, мимо проплывали деревья и пригорки. Все шло по плану, Фурмин уверенно вел ялик по лесным протокам, и к исходу четвертого дня они оказалась на стремнине самого Сирта. Места вокруг были обжитые, и служка предупредил, что есть возможность разместиться на постой не в лесу, а в небольшом трактире, который притулился возле самой реки. Хозяин трактира наладил довольно широкий причал, чтобы проплывавшие купцы могли пришвартоваться и остановиться у него на ночь.
Ближе к вечеру, по правому борту ялика, спереди, показалось невысокое одноэтажное строение с покрытой дранкой двухскатной крышей. С вершины кровли глядел на прибывающих гостей видавший виды резной конек. Узкие окна, больше похожие на бойницы, были наглухо закрыты ставнями, отчего становилось непонятно, есть ли внутри хоть кто-то живой. Позади трактира, вплотную подступая к нему, высился зеленой стеной густой лес, а чуть ближе к реке притулились стойло для лошадей и небольшая банька, которая, судя по отсутствию печной трубы, топилась по-черному.
Поняв общее настроение, служка подналег на весла, и вскоре ялик оказался у небольшой пристани. Глухо стукнула об оструганный деревянный столбик причала вымокшая веревочная петля, поднатужившись, Фурмин затянул канат и аккуратно сложил весла под лавку, ожидая дальнейших указаний.
— Пожалуй, здесь ваши стоят. Эммульд, как мыслишь? — немного подумав, обратился к товарищу Эйнар.
— Пожалуй, что так. А может и старгородцы шалят в округе, кто знает — озадаченно почесал затылок виконт.
— Нда, и не видать отсюда ни черта. Хоть и лодок не стоит, поди знай, может по суше к нему полон дом гостей набился.
— А время нынче такое, что гости все поголовно с оружием ходят и не меньше чем десятком рыл.
— Все так, спору нет, а ты что думаешь, друже? — повернулся к Северину контрабандист.
— Я думаю, никому из нас не с руки будет в трактир топать, не зная наперед, кто там на постое сегодня. Так что, Фурмин, придется тебе идти, тем более, что хозяина ты знаешь. Но помни, я все время рядом буду, даже ближе, чем рядом, вздумаешь какие-нибудь пакости учинить, тут же сердечко прихватит и пикнуть не успеешь, как окажешься с Фавниром по одну сторону, — быстро приняв решение, напутствовал Сигмар служку.
Тот оглядел угрюмые физиономии своих спутников, быстро-быстро закивал и с кряхтением полез на мостки. Вернулся он довольно скоро и затараторил:
— Все узнал, как вы велели, господин. Трактир пустует, все разбежались от войны куда глаза глядят. Флорианцы под Суравой, а старгородцы и вовсе черт знает где. Свейн на радостях, что хоть кто-то у него гостить останется, собирается десяток перепелов зажарить да целую кабанью ногу.
— О, то дело! — нетерпеливо хлопнул себя ладонями по коленям виконт.
— Ничего подозрительного не заметил? — пытливо уставился на служку контрабандист.
— Заметил, заметил, все обскажу сейчас, вот только помочь мне надо, оттащить одну вещь. Бревно одно там упало, Свейн попросил убрать, иначе…
— Ты сдурел что ли, смерд — недоуменно перебил его Эммульд, — может я заместо тебя буду теперь слугой?
— Нет, господин, не подумайте плохого, очень уж тяжелая вещь, сам не справлюсь, а уважить Свейна бы стоило, глядишь, он нам и подскажет чего.
— Ладно, чертяка, помогу тебе, а ну, дай руку, — поднялся со своего места и, аккуратно переступая по раскачивающемуся ялу, полез к мосткам Северин.
Едва они сошли на берег и отдалились достаточно от судна, как служка, кинув быстрый взгляд через плечо, приглушенно заговорил:
— Храмовники были здесь, из самого Ордена, и плевать им на войну, на битвы, они везде свои — что у Атмара, что у Флориана.
— Так, и чего им было надо? — заинтересовался Северин.
— Вас двоих, один здоровый, можно сказать толстоват, прозванием Эйнар, и его товарищ, моложе годами да повыше ростом, зовется Сигмар.
— Вот те раз, а за что ищут, не сказал тебе трактирщик? — нахмурился солдат.
— Нет, об этом молчком, но взялись крепко, как видно, все пути оседлали, святоши, — развел руками служка, — и награду обещают большую, цельных 50 талеров за обоих.
— Ого, неслабо они нас оценили. Молодец, все правильно сделал, что при виконте не проболтался, он-то думает, что я из этих самых, кто на нас охоту начал. Знать бы еще из-за чего.
— Я трактирщику уж сказал, что трое нас и один лодку стеречь останется, — вопросительно посмотрел на солдата Фурмин.
— Все верно, котелок варит у тебя, будешь таким же расторопным, обещаю — отпустим тебя на все четыре стороны. Слушай, может ты и бревно какое подсмотрел, чтоб утащить нам, иначе почует неладное Эммульд?
— А как же, — усмехнулся служка, — идемте за мной, господин.
Через пяток минут раскрасневшиеся и немного запыхавшиеся солдат со служкой вернулись к своим спутникам.
— Нельзя нам в трактир, друже, — сходу начал свою басню Северин, — бродит тут неподалеку отряд старгородцев, то ли недобитки после Зеленых холмов остались, то ли специально по нашу душу их Атмар отправил. Однако ж не раз побывали они в трактире да еще наведать обещались и каждый раз про нас с тобой речь вели, не проходили ли мимо, нет ли слухов о нас.