— «Ему надо полежать, его надо понаблюдать, — и, типа, — ничего страшного…» я отвел доктора в сторонку и тихо сказал:
— Во — первых, он никому из нас тут не родственник, а просто сборщик мебели, присланный из магазина. Во — вторых, у больного, возможно, картина прободной язвы желудка, лучше бы его вам отвезти в хирургию и пусть уже там хирурги сами наблюдают и решают…
Молодой доктор не стал «лезть в бутылку», что-то сообразил и быстро переориентировался на госпитализацию.
Вскоре Николая, поддерживая под руки (не стали класть на носилки, собаки!), увели в машину скорой помощи. Перед уходом Николай попросил, чтобы его инструменты остались в квартире, а он их заберет после выхода из больницы.
Совершенно опустошенный, недовольный собой и озадаченный происшедшим, я вернулся вместе с Наташей домой и меня долго еще не отпускали мысли. Типа: «а что же все это было»?
Глава 6
Странное устройство
Прошла еще одна неделя. Во время очередного посещения Наташиной мамы, снова зашла та самая соседка.
— Екатерина Дмитриевна! О, да у вас в гостях молодые! Кстати, доктор, Алексей, кажется? Как там мой работник в больнице, ну, я имею в виду сборщика мебели?
— Я не знаю, не узнавал. По срокам лечения он уже должен быть выписан из больницы.
— Странно, а ко мне он так и не зашел. И мебель до конца не собрал, и инструмент свой даже не зашел забрать…
Я сейчас же позвонил в хирургию, попал на хорошо знакомого хирурга и вскоре уже получил озадачившую меня самого информацию. Оказывается, Николай в день поступления категорически отказался от предложенной операции, сказал, что ему стало значительно лучше, а затем просто сбежал… Ну, сбежал и сбежал! Дурак, значит, не хочет заботиться о своем здоровье… Его дело!
На следующий день его попытались активно навестить (так положено) и выяснить его состояние, посылали по его адресу бригаду скорой помощи, но там его не было. Больше о нем никто не узнавал.
Все это я пересказал присутствующим. Соседка, расстроенная всем этим, ушла, а я спросил Наташину маму:
— Может быть, ей помочь? Я мог бы закончить сборку мебели. Когда мы были в ее квартире, я видел, что там оставалось только задние стенки у шкафов сделать и дверцы навесить. Я бы мог вполне справиться с этим. Только мне как-то самому неудобно предлагать, еще подумает, что заработать на этом хочу. А я все это сделаю бесплатно, разумеется, и за один день. Вот завтра я как раз не работаю…
Екатерина Дмитриевна одобрила мое предложение и ушла к соседке. Наташа подошла ко мне, положила мне голову на плечо и сказала:
— Алеша, мой хороший! Слушай, мне просто страшно находиться рядом с тобой! Ты такой добрый, такой отзывчивый! Вот и соседкам помогаешь… А старушек ты через улицу не переводишь?
— Да нет, я больше ориентирован на молодых девушек, таких как ты!
Я обнял ее, крепко прижал к себе и сказал:
— Наташенька! Я хочу быть с тобой, всегда! Ты хочешь быть моей женой?
— Мечтаю! — опять лукаво вымолвила она и, вывернувшись из моих объятий, спросила, глядя мне в глаза:
— Ты серьезно?
— Да!
Остаток времени до прихода Екатерины Дмитриевны мы так и провели, глядя в глаза друг другу. И не было занятия увлекательнее! Ну, почти не было…
На следующий день с утра я уже был в квартире соседки Екатерины Дмитриевны и вскоре приступил к работе, воспользовавшись инструментами, которые оставил занедуживший и исчезнувший так таинственно Николай Поспелов. Что с ним? Почему он сбежал из больницы «Неужели, все — таки, симулировал? С какой целью тогда? Цель — Наташа? Так он даже не взглянул на нее, когда лежал там на диване, — я бы заметил… Ну, да бог с ним! Надеюсь, что он, хотя бы, не относится к криминальным элементам…»
В оставленной Николаем сумке инструментов было много, гораздо больше, чем у меня дома, да и лучше моих. И электролобзик, и шуруповерт, и маленький импортный рубанок, и уровни. А уж всяких стамесок, отверток, пассатижей… Конечно, были и шурупы разных размеров, гвозди, скобы, винты, гайки, какие-то чудные крепления для мебели.
Один странный «инструмент» выбивался из ряда совершенно. Какая-то туба из пластика, чуть меньше обычного фонарика. На детский калейдоскоп похожий — тоже стекла или прозрачный пластик с обоих торцов. Я взял «калейдоскоп» в руки и стал рассматривать внимательнее. Ничего похожего на фонарь, даже лампочки нет. Но и на инструмент тоже не похожа — нет ни режущих, ни зажимающих, ни каких-то других, характерных для инструментария приспособлений. Ну и точно не калейдоскоп! Немногочисленные то ли кнопки, то ли клавиши по бокам, прозрачные панели с торцов.