Самообладание стало возвращаться, и я наконец-то отлипла от парня, сжимавшего меня в своих объятиях. Оглянувшись, я с опаской посмотрела туда, где несколько мгновений стояла сама. Зверь лежал посреди дороги ярдах в четырех от нас, не шевелясь. И судя по тому, насколько он переместился от того места, где я видела его в последний раз, эта зверюга решилась на последний рывок. Впалые бока и свалявшаяся серо-бурая шерсть на холке создавали ощущение, что животное нездорово. Пожилой мужчина, не сводя ствола с распластавшегося на пыльной дороге волка, медленно приблизился к нему. Какое-то время он наблюдал за зверем, а затем осторожно ткнул его дулом винтовки.
— Похоже, бешеный, — произнес он, когда подошёл к нам. — Прошлой осенью я тоже подстрелил одного, — уже более озадаченно добавил Морж.
Из-за машины показалась испуганная Ким.
— Он точно не встанет?! — спросила она.
— Иди и проверь, — ухмыльнулся мужик, кивнув на лежащую тушу.
У нас с Ким не было ни малейшего желания что-либо проверять, поэтому, заикаясь, мы поблагодарили Хантера за помощь, а Моржа — за то, что спас нас всех от последствий общения с бешеным волком, и направились в колледж на свои самые первые занятия.
— Ты уверена, что хочешь пойти на учёбу? — спросила Ким, когда мы остановились на парковке перед учебным корпусом.
— От бешенства умирают? — поинтересовалась я в ответ, безучастно рассматривая серое здание из бетона и стекла, к главному входу в который устремилась непрерывная вереница студентов колледжа.
— Если вовремя ввести вакцину... — ответила Кимберли, но заметив мой унылый взгляд, сменила тему, — есть предложение забить на учёбу и прокатиться в город, чтобы снять стресс. Можем сходить в кино или боулинг.
— А ты умеешь убеждать, — все так же без эмоций проговорила я.
И, вернув Ким брошенную ей только прошлым вечером фразу, заметила знакомую фигуру в толпе студентов: походка истинного засранца, широкие плечи, узкие бедра и эта сексуальная хрень на голове в виде хвостика из чёрных непослушных волос. Шон, улыбаясь, как Мистер Вселенная, вышагивал рядом с тремя девушками, среди которых была она — самая идеальная задница всего Кенайского полуострова.
— Давай напьемся? — неуверенно добавила я, уставившись на соседку.
— Ты мне, определенно, нравишься, детка, — изогнув бровь, с улыбкой произнесла азиатка и снова завела двигатель своего многострадального бьюика.
Примерно через час мы с Ким сидели за стойкой в каком-то полутемном баре на улице с многообещающим названием Ласт-стрит. В предыдущих двух барах, у которых мы рискнули остановиться, удача нам не улыбнулась. Первый под лаконичным названием «Бар» оказался закрытым. А во второй – с качающейся на ветру вывеской «Стриптиз-бар Большого Бо» мы и сами не решились войти. Ким, ссылаясь на свой хронический недотрах, предложила поискать место поспокойнее, у меня же и в мыслях не было идти смотреть мужской стриптиз в девятом часу утра. Пусть я и сомневалась, что подобное зрелище можно увидеть во время завтрака.
В пропахшей сигаретным дымом темном помещении, отделанным деревянными панелями и балками под самым потолком, нас было трое: я, Ким и барменша – афроамериканка по имени Дайан, что значилось на её бейдже. На вид ей было около тридцати, высокая, немного полноватая женщина с короткой стрижкой и непробиваемым выражением лица, она и ухом не повела, когда Ким заявила, что её подругой только что чуть не позавтракал бешеный волк, поэтому ей срочно нужно что-нибудь… гомеопатическое, а самой Кимберли – слабоалкогольное, но с характером.
— Аптека за углом, — продолжая вытирать обшарпанное тёмное дерево поверхности барной стойки, проговорила женщина. — Есть безалкогольное пиво.
— Вот оно наше хваленое северное гостеприимство, — с досадой в голосе обратилась ко мне Ким. — Тогда сделайте для моей подруги «Чай доброе утро», лучше сразу два. А мне, так и быть, давайте своё пиво.
— А подруге есть двадцать один? — исподлобья взглянула на меня барменша.
— Исполнилось на прошлой неделе, — не моргнув глазом, ответила я.
— И конечно свои документы ты забыла в?.. — поджав губы, она вопросительно смотрела на меня.
— В Майами, — пытаясь не заржать, заявила я.
— Это самая тупая отмазка, что мне доводилось слышать от молодежи, — улыбнулась барменша и потянулась за стаканами, синхронно водрузив их на стройку.
— Она на самом деле с юга, — закинув руку мне на плечо, сказала Ким. — Где тут у вас туалет?
Дайан, сообщив Ким координаты сортира, заполнила стаканы кубиками льда и спросила: