Раскрыв зев клатча, я отыскала ключ-карту и, приложив её к замку, ухватилась за ручку двери. Но Шон успел сделать это секундой ранее, и теперь я стояла, вцепившись в его руку.
— Позволь мне, — произнёс он, невзначай устроив вторую руку на моей талии.
Я тут же отшатнулась от него, давая ему возможность открыть дверь, и, переступив порог общаги, заметила, что парень последовал за мной. Застыв у ступеней, с изумлением уставилась на него и спросила:
— А ты куда собрался?
— Мне нужна моя футболка, — невозмутимо заявил он, шагая мимо меня.
— Я постираю и верну её... потом.
— Нет, Сара, это оригинальная футболка группы, — остановившись, он покачал головой. — Я купил её на концерте и должен убедиться, что ты не испортишь… логотип, — и поднялся ещё на несколько ступеней.
— Откуда такая страсть к брендам? — моя интонация звучала язвительно.
Шон оглянулся и, как обычно, нагло улыбаясь, проговорил:
— Ладно, один-один, но ты так и будешь там стоять? По твоей вине я схвачу простуду и умру от пневмонии. Ты же не хочешь меня потерять?
— Иди на хрен, Шон, — раздражённо застонав, я направилась вслед за ним.
Через пару минут, оставив незваного гостя без предложения располагаться и чувствовать себя, как дома, я скрылась за дверью ванной комнаты и залезла в душ. Это было самое расточительное мытьё на моей памяти: столько шампуня и геля для душа за раз мне еще ни разу не приходилось тратить. Когда я наконец решила, что больше не воняю, как элитный французский сыр, поплотнее завернулась в большое полотенце и с помощью другого соорудила тюрбан на голове. Ухватив футболку Шона, подозрительно принюхалась к ней. Кажется, она тоже впитала в себя сшибающий с ног аромат той убийственной хрени. Так ему и надо.
— Я уже решил, что тебя смыло в канализацию, — сказал Шон, стоило мне только выйти за дверь ванной.
Он лежал, свесив ноги в своих чёрных мартинсах через изножье моей кровати, заложив одну руку за голову, а другой – держал свой смартфон. Полуголый и до безобразия наглый. Держись, Хьюстон!
— Так надеялась, что тебя не будет тут, когда я выйду, — я тут же поддержала его идею продолжить нашу милую беседу. — Вот, — протянула парню футболку.
Приняв из моих рук футболку, Шон осторожно принюхался, а затем швырнул её на пол.
— Так я и думал. Она жутко воняет.
— Прими мои соболезнования, — мой голос прозвучал устало, но с долей издёвки, — и проваливай. Я хочу спать.
Я не спеша раскрутила полотенце на голове и несколько раз провела пальцами по влажным волосам. Шон отложил мобильник и, потянувшись, зевнул.
— Ты бы могла быть чуть вежливее со мной? — произнес он, повернувшись на бок.
— Моя вежливость на максимальной отметке, увы, — я покачала головой и указала большим пальцем на дверь. — Тебе помочь найти выход, Шон?
Странно уставившись, он протянул руку и, ухватив между пальцами край полотенца, произнёс:
— А что, если я не уйду?
Я вцепилась в полотенце и резко выдернула его край из руки парня.
— Я вызову копов.
— Серьезно? — засмеялся Шон, подперев голову рукой. — Я тебе не верю.
Нет, он точно издевается! Лежит на моей кровати с этим своим голым торсом, на который я из последних сил стараюсь не пускать слюни, и нагло провоцирует меня.
Я с шумом вдохнула, подняв голову, чтобы смотреть в потолок, а не на его идеальное тело, и спросила:
— Что тебе нужно?
Но ответ парня застал меня врасплох, разом прервав поток фантазий с участием моих губ и его ключиц.
— Правда, Сара. Мне нужна правда.
Шон смотрел на меня испытующе, словно хотел залезть в мою голову. Наивный. Я и сама бы не смогла разобраться с тем, что там творилось в данную минуту.
— О чем ты говоришь? Какая правда?! — я развела руки, демонстрируя своё искреннее недоумение.
Он сел, а затем поднялся с кровати и шагнул ко мне, возвышаясь надо мной, как гора Мак-Кинли.
— Зачем ты приехала?
Его прямой вопрос отозвался учащением пульса и заставил меня проявить интерес ко многим вещам, включая стену напротив, наполовину сползшее с кровати покрывало, смуглую кожу пресса Шона. Затем я перевела взгляд на пряжку его ремня, а, когда спохватилась, что откровенно пялюсь на парня, уставилась на ножку кровати. Надо же, какая интересная форма. Кажется, это восьмигранная призма? С геометрией дела у меня обстояли чуть лучше, чем с тригонометрией, и я готова была смотреть куда угодно, только бы избежать вопросительного взгляда Шона.