В его взгляде я угадала вызов и чистое любопытство.
— Ты бабник, Шон.
— Вот это заявление! — сквозь смех, произнес он. — Я тут как бы стараюсь встать на путь исправления, а все что делаешь ты, так напоминаешь мне об ошибках молодости и… склоняешь к сексу. И кто ещё из нас ведёт себя странно?
— Что я делаю?! — завопила я и, вскочив с кровати, встала над ним.
— Ну, хватит, я же шучу! — миролюбиво сказал парень, глядя на меня снизу-вверх и устраивая руки на моих бедрах. — Я не хочу, чтобы все было, как раньше, слышишь? И, чтоб ты знала, — произнёс он таким доверительным тоном, — мои самые длительные серьезные отношения были в третьем классе.
— Чего?
У этого вечера были все шансы для того, чтобы полностью изменить мои представления о парне, который целую неделю строил из себя девственника, опасаясь моей реакции. Это было очень трогательно, но так по-идиотски, что теперь я была готова услышать от него, что угодно.
— Да. Эшли позволяла брать её ластик в обмен на ответы к тесту по математике, — заявил он, приподняв мой свитер, и коснулся губами обнажившейся полоски кожи над поясом джинсов, нумерацию которых я вдруг так некстати позабыла.
— Это называется взаимовыгодное сотрудничество, — но все ещё пыталась выдавить из себя что-то остроумное.
Наслаждаясь его прикосновениями, я обхватила шею парня, чтобы не рухнуть на пол. С ногами творилось что-то неладное, и причина этого была прекрасна мне известна.
— Вот видишь, Сара, — проговорил Шон, отстранившись, — я в этом деле полный ноль. Но я обещал тебе, что теперь всё будет иначе? Ты веришь мне? — и его прямой испытующий взгляд говорил о том, что сейчас он точно не шутил.
— Кажется… верю. И я… ценю это, правда, — я улыбнулась, стараясь не смотреть ему в глаза, почувствовав себя крайне неловко.
Шон подтолкнул меня, усадив себе на колени, и, наткнувшись на мои губы, проговорил:
— Так мы идём смотреть фильм? Или… ты предпочитаешь остаться здесь?..
Глава 12
Конечно, ни в какое кино я и не думала идти. Хор феминисток в голове подозрительно молчал. Шон хотел меня, я хотела его, поэтому смысла искать причины, чтобы не заняться тем, чем мы сейчас собирались заниматься, и оттягивать столь желаемое неизбежное, я не видела.
Шон старался ради меня, изображая добропорядочного парня, но я не была склонна прикидываться приличной девушкой. Только не с ним, когда мой внутренний цензор внезапно уходил в запой, самоволку и отпуск одновременно. Вот как сейчас, пока Шон, не отрываясь от моих губ, избавлял нас от одежды, а я пыталась набрать Ким сообщение. Вышло, примерно, следующее: «4им прост; мы не сможем пойтис вамт».
— Дай сюда, — проговорил он мне прямо в губы, выхватил мобильник из моих пальцев и отправил его куда-то на пол, где уже валялась большая часть нашей одежды.
И, пусть у меня не было уверенности в том, что я успела нажать на «Отправить», спорить с Шоном мне совершенно не хотелось. Особенно после того, как он, просунув мне за спину руку, ловко расстегнул застежку лифчика и, рывком задрав его до шеи, сосредоточил все внимание на моей груди. А затем его губы снова нашли мои, пока пальцы Шона делали за них остальную работу.
Его поцелуи временам были опьяняюще-нежными, заставляя меня томиться в ожидании того, когда они снова станут затяжными и неистовыми, и я опять почувствую это щемящее душу отчаяние, с которым Шон набрасывался на мой рот. И я никак не могла предугадать, в какую секунду это случится, что заводило меня ещё сильнее.
В какой-то момент нас одновременно взбесило, что на мне ещё оставалось бельё, и, приподнявшись, я с нетерпением наблюдала, с какой скоростью Шон избавлял меня от него. А затем покорно распласталась под ним, наслаждаясь тем, как соприкасаются наши обнаженные тела, ощущая его горячие губы на шее и груди, забывая дышать, когда он спустился ниже, рисуя языком между грудей влажную линию. Я выгнулась ему навстречу, запустив пальцы в его волосы, чтобы направить туда, где ждала его больше всего…
Когда его лицо вновь оказалось напротив моего, я явственно ощутила его эрекцию. А внутри затрепетало в предвкушении того, как это будет, когда он окажется внутри меня. Шон прижался ещё сильнее, буквально вдавливая меня в кровать, выбрав точку для давления настолько идеально, что по моему телу прошлась дрожь возбуждения, концентрируясь внизу живота. И это стало последней каплей. Мне нужно было почувствовать его внутри себя. Немедленно. То, что его тело делало с моим не подходило ни под какие описания. Так было в наш первый раз, и теперь история повторялась. Он сводил меня с ума своими губами и руками, но для ощущения завершенности этого было явно недостаточно.