— Тебя там не укачает? — парень поймал мой взгляд в зеркале заднего вида. — Хочешь, остановимся, и пересядешь вперёд?
Снова эти подколы. Он теперь никогда не забудет, как меня вывернуло на него на той гребаной рыбалке, что было не очень логично. Шону так натурально отшибло память о том, что мы переспали, уже на утро, когда он, даже не удостоив меня взгляда, свалил из загородного дома, который Майкл снял для гостей, приехавших на свадьбу. Но о том, как меня укачало, кажется, будет помнить вечно. Прекрасно, теперь у нас с ним есть хотя бы одно общее воспоминание.
Я проигнорировала его предложение, уставившись в окно, за которым были просторы, поражающие своей красотой и гармонией. Все эти горы вдали и ещё зелёные холмы действовали на меня особым образом, побуждая к философским размышлениям на тему того, какого хрена я забыла в этом краю. Пусть и вопрос был банально риторическим.
— Так и будешь молчать? — он тяжело выдохнул, словно ему все время что-то давило на грудь.
— Ты хочешь поболтать, я не пойму?
— Я не против, ты приятный собеседник. Знаешь, меня ещё никто за всю мою жизнь столько раз не посылал, сколько ты за эти выходные.
— Интересно, с чего бы это вдруг?!
Я снова не выдержала и завопила, чувствуя себя самым отстойным айсбергом во вселенной.
Эй, хладнокровие, ты где, приём?!
А затем демонстративно заткнула уши наушниками и врубила музыку на максимум. Теперь он мог говорить все, что угодно, я больше и бровью не поведу на его провокации. Не хватало, чтобы Шон догадался, что я испытываю к нему на самом деле. Жалкое ничтожество. Как бы хреново это не звучало, но я по-прежнему была влюблена в этого придурка, если не стала любить ещё сильнее, и никакие доводы рассудка уже не помогали. Мазохизм и полное отсутствие самоуважения – такова была я в реальности.
На территорию кампуса мы въехали около двух часов пополудни, и я с любопытством крутила головой, стоя возле пикапа, пока Шон доставал мои вещи из багажника.
Просторы кампуса были внушительные, и стало понятно, что первое время мне придётся ходить едва ли не с планом местности. Вообще, студенческий городок, скорее, напоминал какой-то загородный комплекс отдыха. Куда ни глянь, холмы, деревья и бескрайнее небо, что сегодня поражало необычайной яркостью и чистотой. А моя общага в три этажа и вовсе стояла у самого края вечнозелёного елового леса.
— Какая комната? — спросил парень, на котором уже висели мои огромные сумки.
— Двадцать вторая, — и глядя на него, пожалела, что не взяла с собой всю свою обувь и одежду.
Вот тогда бы я посмотрела, насколько он силён.
Комната оказалось именно такой, как и рассказывала Алекс, окончившая экстерном Кенай этим летом. Первые два курса сестра прожила именно в этой общаге, если я правильно поняла все её объяснения. Две спальни и раздельные ванные. Интересно было бы взглянуть на мою соседку.
Открыв пошире дверь одной из спален, я пропустила вперёд Шона. Разгрузившись, он прошёлся по комнате, по-хозяйски подняв жалюзи на единственном окне, а затем, усевшись в кресло у компьютерного стола, несколько раз покружился в нём.
— Что скажешь? — спросил он, остановившись.
— Сойдёт, — ответила я, стягивая с себя кроссовки. — Спасибо, что помог, а теперь – оставь меня. Я уже большая девочка и со всем справлюсь сама.
Через несколько минут мне удалось вытолкать парня за дверь, предварительно обозвав его жирдяем и акселератом за то, что он сломал моё кресло, в котором я еще ни разу даже не сидела. Пусть он и починил его своими восемью действующими пальцами.
Стоило Шону покинуть поле моего зрения, как в пороге нарисовалась незнакомка: девушка среднего роста с укладкой прямых черных волос, черты лица и форма глаз которой выдавали явное азиатское происхождение. Должно быть, это и была моя соседка.
— Привет, я Кимберли, можно просто Ким, — улыбнулась она, протягивая мне руку.
— Сара, — я ответила на её рукопожатие, — можно просто… Сара.
Кимберли Ван, кореянка по отцу, как выяснилось из нашей беседы, приехала в колледж из Сьюарда — города, расположенного на юге Кенайского полуострова. Узнав, что моя родина — знойный Майями, очень удивилась, заявив, что, видно, у меня не все в порядке с головой, если я решила учиться тут. Да кто бы спорил?
Но девушка мне понравилась. С ней было легко и приятно общаться, а ещё она забавно смеялась над моими шутками, обозвав меня стервой с задатками циника. Вот тогда я поняла, что с соседкой мне точно повезло, особенно, когда узнала, ко всему прочему, что Ким – заядлая курильщица, а не ботанша, состоящая в секте «Спаси свои лёгкие». Всегда отрадно, когда встречаешь родственную душу. Правда, я планировала податься в юристы, как и мой отец, а Ким решила посвятить свою жизнь изучению вулканов. Что для Аляски было довольно востребованной профессией, ведь вулканов тут насчитывалось несколько десятков. Это я тоже узнала от Ким.