— Наглая. Люблю таких… объезжать. Моей сперва будешь, а потом и дружкам своим отдам.
Маг рядом со мной зло выдохнул, а я обмерла.
Это что же он… Это про что же он? Как девку подзаборную оприходовать собрался? Ощерилась зло и руки в кулаки стиснула:
— Ты попробуй подойди только, злыдень. Зубами горло перегрызу, ногтями сердце выну. Пусть не оставили вы нам ни шанса, ни возможностей, но участи такой не позволю случиться — прошипела прямо в рожу мерзкую.
Да только тому угрозы, что об стенку горох. Стоит себе, гогочет:
— Ой воинственная! Ну ну, посмотрим, как запоешь ты после — не зря же мы и кандалы тут имеем, и приспособления всякие. Не доберешься ты ни зубами, ни когтями, а потом и вовсе не захочешь… Но повеселила! Ох и давно девки то к нам не забредали, уж и не вспомню, когда последний раз. Вот потеха будет нам всем на пару недель.
— А я ведь другое предложить могу, — осторожно начал Дамир Всеславович, чуть умерив свое бешенство. Я глаза скосила — дрожит весь, но слово молвит спокойно, весомо; будто надеясь на что-то, — Золото, богатства, из леса выход — в каком угодно месте вас поселим, ежели отпустите. Вы не смотрите, что одеты мы скромно — возможностей у нас во всех мирах хватит. Девчонку отправите на опушку, а меня в заложниках подержите — и все получите, что хотите, то потребуете!
Разбойники зашумели, загомонили, а я дыхание затаила — неужто получится?
— А чего это мы тебе верить должны? — наклонил голову предводитель.
— Клянусь всеми Светлыми силами, — процедил маг.
— Хм… — задумался мужик то. Всерьез задумался, а потом встрепенулся, что ворона, и рубанул, — Нет. Мы то люди простые… Давно уже здесь живем, всем довольны — скучно, правда, бывает, но и с этим примирились. Из леса выходить то опасно, но здесь, уж за столько лет, что мы кукуем, своим все стало; здесь мы сила единственная. Живем здесь и помрем, остальное без надобности. Нам хватает и того, что так просто забредает. А что там… Пусть тамошним и достается. Так что лошадок и припасы мы взяли уже, золото нам без надобности. Как и ты, нам не нужен, воевода…. А вот девка хороша — нас такая порадует.
Сказал, и своими лапищами ко мне потянулся.
Дамир отпрыгнул, меня тоже дернул и за спину поставил.
— До последнего биться буду, её не отдам! — прошипел он.
— Так тебя быстро стрела то успокоит, — хохотнул разбойник.
— За ним пойду, — зло сказала я. Уж как бы ни думала я о Дамире, что бы ни предполагала, да только никакие мысли и доводы разума с чувствами не в состоянии справиться. Как я жить без него буду? Полюбился мне, несмотря на споры и ссоры. Несмотря на ложь и невесту. Полюбился так, что свет не мил мне будет, ежели умрет.
— А вот это без надобности, — нахмурился главарь и тут же просиял — Погодите ка, я вот что придумал. Ежели поклянешься, что мила будешь со всеми нами, добра и ласкова, отпустим мы твоего полюбовничка то — веревками перевяжем и отпустим, на край леса отведем. Тот к вечеру как раз в другом месте будет — не более суток то держится, закрепленный, а потом сбегает всегда, как от преследователя.
— Ни за что… — сказал Дамир и выругался долго и витиевато.
— Я согласна, — стиснув зубы, молвила.
— Руслана, — в голосе у мага слышалось настоящее отчаяние, — я не позволю…
— То шанс для тебя, — горько мне было, но что толку, если оба умрем, — для тебя и для всех королевств. Я верю, что придет к тебе Проклятый и ты сможешь с ним справиться, с помощью Верховной сможешь. А ежели останемся, так оба сгинем. А вслед за нами и мира кусок целый.
— Да что мне мир без тебя! Да неужто не поняла ты, за все это время, что ты и есть мой мир! — и такое в его голосе было отчаяние и любовь, что слезы сами полились у меня из глаз.
— Попробуешь найти потом меня… то, что останется, — шепнула я обреченно и сделала шаг вперед, прямо к протянутым ко мне грязным рукам и глумливым улыбкам. Ну а что делать то было? Ведь это и вправду шанс единственный.
Сзади меня взвыли и вдруг скрежет раздался, да треск. Я обернулась и широко распахнула глаза. Дамир извернулся, подпрыгнул, за клеть ухватился, что над ним была, качнулся резко и перебрался на дерево. А там уже сук толстый схватил — и когда успел заготовить то? — и вдруг по ветке пробежал и прыгнул, прямо на головы стоящих разбойников. Так первому, кто под ним оказался, кажется, шею то и сломал. И пока не очнулись окружавшие его нелюди, принялся дубиной махать, кости да лица кромсать.
Ну и я внакладе не осталась.
Как увидела, что решился все-таки маг жизнь свою продать подороже, дурак такой, поняла — что бы я ни делала, его не отпустят уже. А значит единственный выход — бороться вместе с ним до самого конца.