Ну и... вначале я решил, что Континуум будет использовать, как заготовку для наказания отступника мой страх того, что у меня отберут звезду планетарного коммандор-капитана Рессата и заодно запретят летать. Всё же, я считал, что запрет на полёты у меня - основной «фактор страха». И я успел смириться с тем, что из Коммандор-капитанского корпуса меня попрут. А зря. Как оказалось, основным был совсем другой страх. Совсем не героичный. Страх боли. Знала бы Ольга, с кем она связала свою судьбу... ну почему я всегда успеваю так эпически вляпываться?
Когда я очнулся, то не понимал, где я нахожусь. Зато ощущения были жуткими. Я чувствовал, что связан. И что лежу в медицинской капсуле. Не самое приятное пробуждение, одним словом. Ну я и вдарил от души по ненавистному корпусу этого пыточного аппарата. И лишь потом, освободившись из ремней безопасности, попытался рывком подняться в положение сидя.
Такой боли я до этого не испытывал. Почему я не заорал? Меня перехватила Ольга. Она же и постаралась заглушить боль. Биотелекинетик ведь...
От болевого шока у меня на глаза навернулись слезы, и я с ужасом разглядывал стоящих поблизости людей: мне казалось, что они видели, что я сейчас чуть не загнулся от того, что чувствую. Болели легкие, спина, живот, руки, суставы, ноги, голова... Проще было перечислить, что не болело. А это плохо. Имперец доложит о моих проблемах со здоровьем Императору... то есть деду. Раи напишет доклад в Коммандор-капитанский корпус. Психолог отправит отчет моему ОДМН.
Зато теперь мне было совершенно ясно, как именно Континуум собирался меня наказывать.
Я не заорал от боли только потому, что большую часть боли сняла Ольга... и мне просто было сложно дышать, а для крика нужны легкие. Здоровые лёгкие.
А потом психолог что-то стал мне говорить о том, что я не должен ни на кого злиться из-за того, что меня поместили в мед. капсулу... и я изумлённо на него уставился. Он что, серьёзно? Да плевать мне на эту медицинскую капсулу, если честно! Я просто от боли даже пошевелиться не могу! И даже застонать толком не сумею, не то, что заорать: для этого нужно вдохнуть, а это непозволительная роскошь в моём положении.
Ну и в дополнение всего, я сообразил, что в медицинскую капсулу укладывают, предварительно раздев предполагаемого пациента до «ничего». Поэтому на мне ничего не было, если не считать небольшие кусочки пластика, оставшиеся после разрушения «медицинского оборудования». Хорошо, что у меня космический загар. Под ним не заметно покраснений кожных покровов. В конце концов, я же с Ольгой всего один раз был наедине. А сейчас ситуация была ну очень необычная... интересно, хоть кто-нибудь догадается, что мне холодно? И принесёт одеяло или на худой конец плед?
Глава 36
Одеяло мне принесли.
В пижаму, домашнюю, помогли переодеться.
Чаем горячим напоили и заодно успели растопить камин.
Выпить бы... в таком состоянии, как я, люди напиваются.
Но я алкоголь переводить не стал.
Древнему напиваться бесполезно - метаболизм все выведет за десять минут.
Биотелекинетики этот процесс могут приостановить, но я такой способности лишён. А Ольга мне помогать напиться точно не будет. Она итак на меня как-то странно смотрит.
Я явно в чём-то перед нею провинился.
Знать бы ещё в чём именно?
Со вчерашнего дня на мне еще и обязательное медицинское обследование "повисло".
Просто блеск.
Если я заодно и с Ольгой поругаюсь (по неизвестной для меня причине) и она не "прикроет" меня во время обследования, я могу остаться даже без частичного допуска к полётам.
Давид же остался без допуска. Совсем.
Тем более, что Йоран, хирург РРЦ, что-то там плёл по поводу кардиологии. Йоран явно меня невзлюбил, с того самого раза, как я на первое обследование не явился. Я уже этот термин наизусть выучил, хотя я обычно всякую гадость стараюсь не запоминать... Теперь бы ещё узнать, что эта фигня означает... но как только Йоран это сказал, у всех такие лица стали, словно он меня в чём-то очень нехорошем обвинил. Или злобно обозвал. У мамы такое лицо было, когда она узнала, что я ее рабочим зарплату повысил, воспользовавшись её bank ID. То есть, когда она узнала, насколько именно я им повысил зарплату... А вот не надо было с главой профсоюза ругаться на глазах несовершеннолетних телепатов с повышенной социальной ответственностью. Правда, потом я три месяца для мамы рассчитывал скачковые точки для альфа-перехода, чтобы что-то там компенсировать. Что именно, я так до конца и не понял. Зато глава профсоюза мою маму потом на всех официальных приёмах постоянно ставил в пример другим бизнесменам... и на меня при этом смотрел с хитринкой в глазах. Явно был в курсе моего разговора с мамой.