— Слышишь, как дышит поле? — шепнул Мей.
Алекс вслушался.
Воздух трещал от микровзрывов — магниты ловили капли пота. Где-то вдали звенит стекло от резонанса с частотой шагов. И под всем этим — тончайший вибрирующий звук.
— Это они. — голос Мея слился с гулом. — Поля. Они поют. Если услышать, можно танцевать.
Алекс неожиданно для себя поймал ритм: вибрации в грудной клетке совпали с пульсацией в висках. Он инстинктивно перенёс вес на левую ногу, и пальцы Мея тут же сжали его плечо.
— Не смей открывать глаза. Плыви.
Первый шаг был слепым падением в пропасть. Но в момент, когда джет должен был коснуться пола, Алекс почувствовал, как магнитное поле под ним сжимается, готовясь к толчку. Оно вытолкнуло стопу вверх с мелодичным звоном, будто ударили по камертону.
Алекс взмахнул руками, теряя равновесие, но Мей резко схватил его.
— Ты пытаешься ходить, а надо плыть. — прошипел он.
Они двигались в пространстве: Алекс с закрытыми глазами, Мей скользил спиной, невесомо тянув его за руки. Когда Гриша пролетел мимо, воздух завихрился, и Алекс увидел его без глаз: сапсан с острыми, словно высеченными из света, контурами, крылья широкие и изогнутые, а глаза горели золотисто янтарным светом. Его полёт сопровождался едва слышным свистом разрезаемого воздуха — звуком, похожим на звон хрусталя.
— Это… анима? — прошептал Алекс, будто сам себе не верил, что мог видеть с закрытыми глазами.
Мей похлопал его по плечу. Тот приоткрыл веки — они стояли в центре арены. Пространство вокруг пылало: зелёные, жёлтые и красные линии окружали его. Мей, стоящий рядом, светился фиолетовым ореолом.
— Бежишь только по зелёным. Наступишь на жёлтые, провалишься в амортизационную пену. Красные…
— Красные?
— Получишь удар током. — Мей скромно улыбнулся. — Для стимула.
Алекс неуверенно кивнул, но стоило Мею развернуться, как он вцепился в его руку.
— Погоди, а я должен сделать это… сам? Прям сам-сам? Один?
Мей засмеялся.
— А почему нет? Здесь же ты как-то оказался. — он освободил свою руку из его хватки и плавно удалился к борту, чтобы не мешать.
Алекс остался в центре один. Зелёные траектории плясали перед глазами. Только по ним. Только так. Первый шаг — упругий толчок, второй уже легче, будто арена сама вела его. На третьем шаге краем зрения мелькнула жёлтая полоса. Он резко перенёс вес, пытаясь увернуться, и… промахнулся.
Под ним вспыхнул жёлтый свет. Пол провалился — Алекс рухнул в голограммную пену.
— Один спин на выход! — закричал Мей, успевая засовывать в рот печенье. — Иначе дно поднимет тебя как пробку!
Алекс вынырнул. Пена свисала с ресниц розовыми нитями и мерцала.
На втором круге он попытался копировать Гришины прыжки, но вместо плавной дуги получился пьяный кульбит. Красная линия шипела под ним, предупреждая за спин до удара.
Ток прошёлся по позвоночнику. Мускулы свело так, что он приземлился на четвереньки, увидев собственное отражение в полированном полу — красное, с торчащими во все стороны волосами, опутанное розовыми соплями.
— Не тормози! Красные это просто пинок под зад!
Третья попытка. Дыхание сбилось, майка прилипла к спине. Алекс закрыл глаза на мгновение, вспоминая, как арена дышала в темноте. Шаг влево — упругий отклик, шаг вправо — вибрация. Но стоило ему расслабиться, как жёлтое пятно выросло под ногами.
Пена снова поглотила его, на этот раз с громким чмоком.
— Ты как? — Мей приближался к нему.
Алекс махнул ему рукой, мол, всё супер. И тут заметил узор. Зелёные линии не были статичны — они пульсировали в такт дыханию арены.
Он закрыл глаза. Темнота наполнилась гулом. Зелёные линии звенели чистым звуком, жёлтые глухим, а красные шипели.
Алекс вскочил, игнорируя дрожь в коленях и сразу перешёл на бег с закрытыми глазами, доверившись слуху. Шаг — вибрация вправо, толчок — волна влево. Он прыгнул, куда вело эхо, и магнитный поток вынес его над красной линией. Но приземление…
Алый свет брызнул в глаза.
Удар током выжег адреналин в жилах, но Алекс не остановился. Рухнув на колено, он катился по инерции, цепляясь пальцами за швы покрытия.