Он резко затормозил, сфера ушла в сторону.
— Воображение. — прошипел Алекс себе, вытирая пот со лба. Но сердце колотилось как бешеное.
Он снова рванул, пытаясь вложить в движение всю ярость и страх.
Алекс остановился в центре. Тишина вдруг стала громкой. Гул поля превратился в низкое, угрожающее ворчание. Он взглянул вверх. В темноте купола на миг мелькнули и погасли две точки — холодные, немигающие, как глаза или камеры.
Они здесь. Смотрят.
Паранойя сжала горло. Каждый блик света казался объективом камеры. Алекс хотел бежать, но ноги словно приросли к арене.
— Что с рукой, братик? — знакомый голос прозвучал неподалёку, эхом разнесясь по арене.
Алекс вздрогнул, резко обернувшись. Эффектно облокотившись на перила, стояла девушка. Та самая, из Астрариума. Её чёрные косички были убраны в строгий пучок с выбивающимися прядями, лицо выражало холодное любопытство, почти превосходство.
— Ты! — выдохнул Алекс, сжимая кулаки. Страх сменился вспышкой гнева. — Это всё из-за тебя! — он выхватил их кармана космолит, сжимая его так, что грани впились в ладонь. — Возьми свою фаэтронову игрушку! На, забирай! — он замахнулся, чтобы швырнуть кристалл ей под ноги.
Девушка даже не пошевелилась. Её взгляд скользнул по его лицу, по сжатому кулаку с космолитом, потом вернулся к его глазам.
— Ох, как удобно. Нашёл, испугался, отдал. Как ребёнок. — она покачала головой. — Да, это… это моя вина. Надо было всё объяснить. Но… теперь он твой и, ты… должен его охранять, а не ныть. Хотя ты всё ещё держишь ключ. Значит, не всё потеряно.
— Ключ к чему?! К моей погибели?! — закричал Алекс, чувствуя, как слёзы злости подступают к глазам. — Я не хочу твоих тайн! Не хочу знать про твоих Богов! Забирай и их тоже! Они вломились ко мне и всё сломали! Забери его! И оставь меня в покое!
Девушка медленно покачала головой, но в её карих глазах не было злорадства, лишь странная смесь вины и решимости.
— Ты вцепился в этот кристалл, как в оправдание. Он причина твоих страхов? Твоих неудач? — её голос стал жёстче. — Ты похож на отца. Тот же упрямый взгляд и… та же слепота.
Слова ударили, как пощёчина.
— Заткнись! Ты ничего не знаешь о моём отце или обо мне! Забирай и убирайся!
— Не хочешь его? Хорошо. — она ловко перепрыгнула перила, чуть не клюнув носом при приземлении, но сгладила неловкость надменным поднятием подбородка. — Докажи, что он тебе не нужен. Докажи, что ты не просто испуганный мальчишка. — она указала на сферу. — Один на один. Ставка – космолит. Выиграешь… — девушка запнулась, словно не верила в такую возможность. — я заберу его навсегда. Проиграешь… — она многозначительно улыбнулась. — Выбирай: беги сейчас, признай своё ничтожество, или играй.
Девушка подняла бровь, стараясь выглядеть презрительно уверенной, но Алекс заметил, как её пальцы нервно перебирали край рукава.
Алекс сжал кулаки. Страх перед Братством, ярость от обвинений, отчаяние от разрухи — всё смешалось. Но и вызов, брошенный здесь, на арене, задел за живое. Последнее, что у него осталось.
Он чувствовал, как каждый спин его нерешительности съедает шанс что-то изменить.
30C - 302S — время не ждало, а он топтался в страхе.
— Играем. — хрипло сказал Алекс. — Только скажи, кто ты. Хотя бы имя.
— Дейзи. — она заметно улыбнулась. — Меня зовут Дейзи.
Они заняли позиции в центре арены.
Алекс чувствовал себя уверенно. Адреналин от гнева и потребность действовать вытеснили паранойю. Он рванул первым, ловко перехватив сферу и понесясь к импровизированным кольцом — два голограммных конуса.
Дейзи отчаянно бросилась наперерез, но её движения были угловатыми, неуверенными. Она пыталась блокировать, но не рассчитала дистанцию — Алекс ловко обошёл её, сделав финт корпусом. Он летал, как никогда — отчаянно, яростно, используя всё, чему научился у Мея.
Дейзи поскользнулась, едва не упав, и Алекс оказался перед "кольцом". Удар! Сфера понеслась точно в цель.
И вдруг — между сферой и конусами материализовалась тень. Это был… енот. Неуклюжий, полосатый, с хитрой мордочкой. Он выглядел почти комично, но двигался с устрашающей скоростью и точностью.