— Я Рекс. — представился он, голос был неожиданно дружелюбным. — Рад соратничеству.
Он протянул руку. Алекс, действуя на автомате, ответил на рукопожатие. И тут же почувствовал, как пальцы Рекса сомкнулись вокруг его кисти. Острая боль пронзила кости. Алекс с трудом сдержал вскрик, лишь резко втянул воздух. Улыбка Рекса не дрогнула, только в его глазах мелькнуло что-то вроде удовлетворения.
— Крепкая хватка. — процедил Алекс, с силой выдёргивая руку. Пальцы горели.
— Всегда готов к борьбе. — легко парировал Рекс, его взгляд скользнул за спину Алекса. — А вот и наш третий. Надеюсь, он знает, зачем здесь нужен.
Алекс обернулся. И замер.
К ним шёл высокий парень, с пепельными волосами, собранными в хвост на макушке. Гриша. Тот самый Гриша, который в дирижабле выносил ему приговор: Ты не из тех, кто рождён для полёта. Тот самый, чья усмешка висела в воздухе, когда Алекса обвиняли в порче Zee-Bo. Его лицо было привычно каменным, лишь лёгкое напряжение в уголках губ выдавало, что он тоже не в восторге от состава команды.
— Маскаленко. — коротко кивнул он, его карие глаза скользнули по Рексу без интереса, а потом упёрлись в Алекса. Взгляд был тяжёлым, полным немого вопроса: Ты здесь? Зачем? Чтобы ещё раз упасть на глазах у всех?
— Гри… Маскаленко. — поправился Алекс.
Рекс, наблюдавший эту немую сцену, широко ухмыльнулся, поймав напряжение.
— О, знакомые лица? Или не очень? — он игриво подмигнул, но в его тоне сквозила ядовитая насмешка. — Неважно. Главное, не мешайте мне. Оба. Особенно ты, Леонхарт. Думаю, из нас троих ты самая несущественная фигура. Балласт.
Алекс почувствовал, как кровь приливает к лицу.
— Я… — он начал, но его перебил голос арбитра.
Гладкий, серебристый с голографическим лицом-маской, изображающей улыбку — завис над центром арены. Его весёлый голос заполнил арену:
— Внимание, претенденты на звание жертв... ой, простите, новых звёзд Индиго! Позвольте представить ваших будущих мучителей... тьфу, наставников! Встречайте три столпа, на которых держится наша... э-э... уникальная команда!
Голограмма позади арбитра вспыхнула, показав первого игрока — высокого, смуглого с каменным лицом и скрещенными руками. Короткие, кудрявые каштановые волосы. На лице ни тени эмоции.
— Под номером один — Вегас! Наш любимый капитан и живое воплощение фразы "Улыбнись, и мир испугается"! Он не хмурится — он концентрирует гравитацию недовольства в одной точке пространства! А его взгляд способен заморозить сферу на лету... что он, кстати, иногда и делает. Любимое хобби: мечтать о мире, где все играют по правилам... его правилам!
Толпа хихикнула.
Вегас лишь глубже нахмурился, его глаза скользнули по стоящему рядом блондину. В нём была та же сдержанная мощь, то же ощущение скрытой глубины, что и в Киране.
Голограмма сменилась. Появился парень с острыми чертами лица, угольно-чёрными волосами с выбритыми висками и вызывающей ухмылкой. Его взгляд скользил по претендентам сверху вниз, словно оценивая скот на продажу.
— А теперь — Ксандр! Наш флюксор и ходячее подтверждение теории, что мир вращается вокруг него! Если эго было бы топливом, его хватило, чтобы долететь до соседнего улья... и обратно! Он не просто бьёт по сфере — он заключает с ней договор о капитуляции! Уверен, что скромность — это болезнь, которой он никогда не болел. Любимая фраза: Пропустил? Это я дал вам шанс почувствовать свою значимость... на полспина.
Ксандр, до этого снисходительно усмехавшийся, нахмурился. Его пальцы сжались.
Голограмма переключилась на третьего игрока — парня с небрежно торчащими золотыми вихрами, улыбкой до ушей и зелёными глазами, полными озорства. Он жонглировал тремя мини-сферами, то и дело роняя их с комичным визгом. Он выглядел как клоун, забредший на серьёзное мероприятие.
— И замыкает этот безупречный... тьфу, безумный ансамбль — Ив! Наш репеллер и главное доказательство, что хаос — это высокое искусство! Его стиль игры можно описать как гениальный беспорядок с элементами акробатического падения. Искренне верит, что лучшая защита — это заразительный смех, отвлекающий противника. Любимое занятие: давать сферам смешные прозвища и объяснять капитану, что случайное падение в пену — это часть сложного манёвра "Рыба без воды"!