На прикроватной тумбочке загорается дисплей с маминой фотографией, и я заставляю себя вернуться в реальность и ответить.
— Да, маммите, — шепчу, чтобы не разбудить сладко сопящего Даню. Он невероятно красивый и нежный сейчас. — Привет! Как ты себя чувствуешь?
— Дана, ты где? — Игнорирует мама мои вопросы. — Мы тебя потеряли! Серёжа уже полчаса тебя ждёт у двери.
— Я? Я у Дани.
— Быстро домой! — Приказывает мама. Смотрю на время, десять часов. Чёрт, я же пары проспала.
— Маммите, я, кажется, опоздаю даже на вторую пару! — Виновато сообщаю.
— Дана, да плевать мне на твои пары. Ты на этой неделе на учёбу не пойдёшь, мигом домой!
— Зачем? — Спросони не врубаюсь, если на пары не надо, зачем Сергей ждёт меня и зачем мне домой.
— У тебя в одиннадцать встреча с менеджером в банке. Серёжа тебя сопроводит.
— В каком банке? Зачем?
— Надо открыть на тебя ячейку и всё туда перевезти. Понимаешь? — Заговорщически спрашивает мама.
— Что всё?
— Золото моё и всё, что я тебе дам! Котик, прекрати тупить! — Мама вроде ругается, а вроде и нет, и тут до меня наконец всё доходит. Ого! Вот это подгон, как говорит Даня. — Это важно! Когда будешь дома? Где он живёт?
— На манежной площади, мам! И не он, а мы. Мы съехались!
Мои хорошие 07.11 на мои книги будут большие скидки. Есть шанс приобрести весь цикл Аморальной академии по самой выгодной цене!
46. Дана
— Кто здесь богатая сучка? — Даня бьётся об меня со звонким шлепком, его руки крепким обручем натягивают моё тело на его до упора, и я протяжно сипло постанываю.
— Я богатая сучка! — Отвечаю на рваном выдохе и выгибаюсь ему навстречу, будто желая, чтобы он вообще прошёл насквозь.
— Моя буржуйка! — Тянет Даня с особым наслаждением и жгуче шлёпает меня, заставляя все внутренности сжаться и прочувствовать его максимально. Но какая бы сумасшедшая буря сейчас меня не уносила в омут страсти, мне смешно.
— Буржуйка — это печка такая, Дань! — Сквозь смех и стоны, задыхаясь произношу. С ума схожу от этого безудержного секса у окна.
— А ты и есть моя печка, ведьма Вейде! — Страстно шепчет. — Жаришь меня в своём пекле!
— Это ты меня сейчас жаришь, сукин сын! Шлёпни меня ещё раз! Да-да-да! Блядь, да! — Хнычу и чувствую формирующееся торнадо у себя, готовое вот-вот снести нас обоих к чертям.
Ставлю ладонь на холодное стекло и стараюсь не отлететь от безумных ощущений и крышесносного оргазма. Толпы туристов, исторические здания, деревья теряют свои контуры и сливаются в единый едва различимый дёргающийся пейзаж, а я всё равно себя чувствую на вершине мира. На вершине блаженства и защищённости.
Не знаю, какие цели преследует мама, но она подарила мне сегодня свободу. Я теперь могу делать что захочу, когда захочу и где захочу. И я делаю… И даже кончаю ярче теперь.
— Вейде, можешь поставить ножку на откос? — Хрипит Даня, вколачиваясь в мою пульсирующую вагину.
— Да-а-а-а! — С трудом нахожу баланс, поднимаю ногу с подоконника и тяну её к откосу окна. Запрокидываю голову и чувствую, как меня накрывает второй волной райского наслаждения. Ещё более яркого и безудержного. Нескончаемого. — Даня! Сука! Кончи со мной! Давай!
Меня сносит от противоречивых ощущений. Холодное стекло и каменные поверхности, горячее липкое тело, напряжённые мышцы и невероятная расслабленность в душе. Синхронно содрогаемся, как единое целое, и даже наши стоны звучат в унисон.
— Богиня! — Выдыхает Даня на последнем издыхании.
Тяжело дышим, не можем пошевелиться и расцепиться, так и застываем в акробатической позе, наблюдая за жизнью на Манежной площади.
— Охуеть! — Даня выходит из меня и целует задранную ногу. — Это пиздец, Вейде!
— Я есть хочу! — Собираю последние силы и соскрябаю себя с подоконника. С опаской смотрю на белый диван и всё-таки плюхаюсь на него своим взмыленным телом.
— Сек! Я заказал из Живаго завтрак, — Даня голый марширует к кухонному острову и приносит пакеты ко мне. — У нас тут пышные оладушки, икра, шампанское. А! И блинчики с олениной. Они топ!
— Ну что за замашки, парень на нуле? — Смеюсь и слежу, как он всё достаёт. — Ты обещал сам завтрак приготовить!
— У Анчоуса тут нихера нет. Только посуда! Я этого не предвидел, — Даня с хлопком открывает шампанское, пробка улетает в другой конец комнаты, а напиток льётся прямо на ковёр и по его рукам. — Давай! За тебя!