— Дась, скажи, что Луиза сжалилась и ты возвращаешься к нам, — очаровательно капризно требует Диана.
— Увы, — грустно улыбаюсь.
— Что-то случилось? — Деликатно интересуется Даша, продолжая меня обнимать.
— Случилось, — вручаю всем стаканчики с чаем, — угадайте с одного раза, кого я сегодня встретила в стенах академии.
— Пескова, — радостно выкрикивает Диана.
— Почему Пескова?
— Ну, президентская академия. Пресс-секретарь президента. Кто может быть круче?
— Эммм, ну много кто, — неуверенно говорит Даша.
— Вы слышали, как он на турецком говорит? Круче Серкана Болата!
— Боже, — вздыхаю и смеюсь, — нет. Не Пескова.
— Своего мистера шесть раз за ночь? — спрашивает Даша.
— Бинго!
— Да лаааааадно? — В один голос произносят девочки.
— Да, но не спешите радоваться, — рассказываю девочкам всё в подробностях.
— Гонишь! — Кричит Диана.
— Клянусь!
— Слушай, а ты уверена, что это он? Может, ты просто выдаёшь желаемое за действительное? А парень просто подыграл? Я не верю в такие совпадения, — говорит Даша осторожно, вижу, что она не хочет меня обидеть, но и промолчать не в состоянии.
— Даш, блин! Я же с ней была, я его прекрасно помню. Профиль его уже нашла?
— Да, сейчас, — протягиваю девочкам телефон.
— Если бы я была беспринципной сучкой, я бы уже строчила статью об этом. Уверена, мне бы диплом досрочно дали, это же разнос! — Размышляет Даша.
Хорошо, что у меня экологичные и комфортные подруги, которым я могу доверять и рассказать всё, не боясь сливов.
— Это он! — Визжит от радости Диана и показывает Даше его фотографии. Правда, не понимаю, по какому поводу радость. — Так, нам надо срочно поесть и обсудить всё в спокойной обстановке. В Феттучиамо?
— Да! Определённо мне нужна ударная порция углеводов, — радуюсь, что приехала к девочкам, а не поплелась страдать домой.
Всю дорогу Диана показывает Даше фотографии, и они бурно обсуждают Даню. Даша не понимает, почему я убивалась по нему всё лето, отмечает, что он милаш и, собственно, всё. Я же вспоминаю, что за маской притворного веселья и напускного равнодушия скрывается невероятная эмпатия и доброта. И как бы я на него не злилась, а в глубине души то и дело вспыхивает благодарность. В ту ночь он мне доказал, что и я могу быть любимой, желанной и понятой.
Диана настолько возбуждена от последних новостей, что обещает после зимней сессии перевестись ко мне. Я понимаю, что это шутка, но всё равно начинаю мечтать о такой перспективе. Девочки — мой остров спокойствия, радости и поддержки.
Их первичная эйфория от новостей наконец сходит на нет, и на сцену выходит женская ярость. И чем больше они генерят идей по уничтожению моего Казанова, тем спокойнее мне становится. Всё-таки один в поле не воин, и такая поддержка амазонок мне как никогда кстати.
— Так! Мы определенно идём к нему на дэрэ, — говорит Диана с полным ртом пасты.
— Думаешь, надо? — Неуверенно спрашиваю. Я сбита с толку и совсем не понимаю, чего хочу. И отомстить хочу, и хочу, чтобы он меня вспомнил. И узнать всё хочу, и, к своему стыду, признаю, что рада его вниманию. От равнодушия меня бы размазало так, что потом себя бы не собрала.
— Мало того, ты придёшь в том же платье, что была на Никола Ленивце. И венок закажем подобный.
— Прийти в сентябре в летнем платье?
— Камон! Завтра двадцать пять градусов. Бабье лето! Конечно!
— Я вообще не понимаю, как можно забыть всё под чистую. Бред какой-то. Он издевается над Даной просто, — сомневается Даша.
— Не бред, — уверенно останавливает её Диана, — мы там все были, мягко говоря, в невменозе. Я чудом помню всё, что было.
— Даня мне показался тогда самым адекватным и трезвым, — пожимаю плечами.
Перед глазами оживает та ночь безумства. Костры, магнитическая музыка, безумные танцы, хороводы, причудливые арт-объекты, наши разговоры под звёздным небом, его касания, его признания. У меня явно развивается биполярка. То я мечтаю никогда не бывать на том фесте, то мечтаю повторить. Злюсь на саму себя и призываю разум взять верх.
Осознаю, что больше всего меня задело то, что он не ждал меня, как я его. Я до последнего надеялась, что в том сумасшествии у него просто не было шанса меня отыскать, но он меня ждёт, помнит. Отнюдь.
Боже, какой бред! Откуда в моей голове эта единорожья наивность?! Встряхиваю головой, чтобы прогнать наваждение. Мне нужен антидот его обаяния. И лучший антидот — это ненависть и обида!
— Ключевое — показался! Так, с этим разобрались. Что дальше? Челлендж неудовлетворенных подружек? — активно жестикулируя предлагает Диана.