Резко останавливаюсь, сама начинаю загоняться, что окружающие подумают о моём поведении городской сумасшедшей из-за моего хаотичного передвижения, и возвращаюсь на парковку. Достаю телефон, чтобы вызвать такси, как замечаю боковым зрением тёмную тень вблизи себя. Поднимаю глаза и замечаю строгого мужчину в чёрном деловом костюме.
— Дана, здравствуйте! Я Аркадий, сегодня буду вашим водителем, — представляется мне мужчина.
— А Сергей Николаевич где? Заболел? Мама ничего не говорила.
Мужчина мешкается, и я снова понимаю, что я дура-тугодумка. С чего я решила, что это замена маминому водителю? Ко мне просто подошёл какой-то левый тип, а я ему уже всю информацию выболтала.
— Нет, не заболел. Игорь Станиславович велел вас довезти до дома, — поясняет мужчина. — Я вам звонил.
Проверяю входящие, действительно есть пропущенные, которые я не заметила.
— Хорошо.
Следую за мужчиной, который подводит меня к роскошному «Роллс-Ройсу». На меня глазеют студенты, и я начинаю переживать, как это выглядит со стороны.
— Домой или желаете куда-то заехать? — Интересуется мужчина.
— Домой. Спасибо.
Мама могла бы и предупредить. Ладно, хотя бы её браслет в целости и сохранности. Посмотрю видео, как завернуть всё аккуратно обратно, и передам ей.
В красках рассказываю Даше, как Даня меня высмеял, и только отправляю сообщение, замечаю, что мы уже приехали.
— Спасибо! До свидания!
— Запишите мой номер. Завтра в восемь двадцать за вами заехать?
— Что? Зачем? Я с мамой езжу.
— Имейте в виду. До свидания!
Странный тип. Зачем мне его иметь в виду? Или мама улетела дольше чем на два дня?
В подъезде с разочарованием здороваюсь с другим консьержем. Хотела всё-таки уточнить про посылку, а может, и вовсе вернуть ему, чтобы он сам маме вручил. Мало ли, может, это сюрприз.
Пытаюсь открыть дверь, но с внутренней стороны стоит ключ. Мама вернулась, а у меня браслет не упакован. Да что за день такой…
Звоню в звонок, тишина. Звоню маме на телефон, а он вообще выключен.
Наконец слышу какое-то шевеление, и дверь отворяет Игорь.
— Дана, привет, — улыбается мамин любовник, который, судя по его виду, только из постели вылез. Рубашка расстёгнута, он босиком, и брюки наспех натянуты.
— Здравствуйте, Игорь Станиславович!
— Можно просто Игорь, — усмехается мужчина.
Он бывал у нас дома, но очень редко и уж тем более без ночёвок или свиданий. Просто заезжал за мамой, сейчас же у них явно новый уровень. Надеюсь, олигарх к нам не переедет из своего дворца.
— Привет, котик! — Выбегает мама в шёлковом халате, снова предельно счастливая и румяная. — Голодная? Как день прошёл?
— Всё хорошо, — понимаю, что ей неловко. — Я руки помою и переоденусь.
Скрываюсь у себя в комнате и пытаюсь наспех запаковать её подарок. Чёрт, как же всё невовремя. Смотрю видео, но руки меня не слушаются, и аккуратно перевязать коробку у меня не получается, да и бумага уже помялась.
— Котик, подойди на минутку, — зовёт меня мама, и я со злостью откидываю коробку.
— Да, мам? — Прохожу на кухню.
— Проводи Игоря, у меня звонок важный, — шепчет мама, отстраняя телефон.
Игорь мог бы и сам уйти. Плетусь в прихожую и наблюдаю, как он повязывает себе галстук. Всё равно он выглядит помятым, как бы не старался.
Наконец он расправляется со своим галстуком, обувается, и я ему открываю дверь.
— До свидания!
— И всё? — Озадачивает меня мужчина.
— М-м-м-м. Всего доброго!
— Не понравился?
— Галстук? — Что он от меня хочет вообще? Я действительно скоро почувствую себя тугодумом. Или он про Аркадия своего? Наверное.
— А что с галстуком? — Начинает рассматривать себя внимательно мужчина. — Я про браслет. Девочкам твоего возраста нравится. Спасибо я заслужил?
Меня будто кто-то в солнечное сплетение прошибает, и я замираю. Зачем он мне браслет подарил?!
— Красивый. Но очень дорогой, — отвечаю не своим голосом, — я думала, он для мамы.
— Он для тебя. И для меня он не дорогой.
— Тогда за что спасибо? — Говорю и прикусываю язык. То я соображаю с трудом, то позволяю себе дерзости.
— Справедливо, — произносит сквозь приглушённый смешок, — всё, что захочешь, как я и говорил. Тебе понравилось в спа?
— Понравилось, — я буквально заставляю себя отвечать ему, меня язык практически не слушается. Я хочу, чтобы он поскорее ушёл, я не могу в его присутствии трезво всё оценить. В голову лезут абсолютно ужасные мысли, и я очень не хочу, чтобы они оказались правдой.