Мама была права. Её Игорь хотел нарыть что-то на эту семейку, а они, видимо, роют на него и прекрасно знают, чья она протеже.
— Вы мне угрожаете?
— Я? Угрожаю? — Выгибает девушка густую бровь. — Просто делюсь опытом.
Я не понимаю её логику. Чего она добивается? Сгорел сарай, гори и хата? Её же брату достанется в любом случае. Уж я ему это так точно не оставлю.
— Думаешь, ты здесь самая крутая? — Спрашиваю в лоб.
— Я не думаю, — усмехается девушка. По ней всё понятно. Она всем видом транслирует, что так оно и есть.
— Что здесь происходит? — Слышу мамин голос. Наверное, никогда в жизни я так не радовалась ему.
Эта девица меня вымораживает. Да вся их семейка. Отбитые! А братец вообще полоумный. И по нему я убивалась три месяца?!
3. Даня
— Вышли, — залетает разъярённая сестра в зал и гаркает на Олю с Катей.
— Сорян, девчонки, — шепчу им губами. Ни за что попали под раздачу. Моя дракониха-сестрица по виду всё спалить готова. Вечно делает из мухи слона.
Меня смех разбирает оттого, какую Аня из себя сейчас серьёзную и крутую строит. Нахваталась повадок буржуйских. Нет чтобы поржать и разойтись, сейчас устроит разбор полётов.
— И кто из нас тут перверт? — Глаза сестры сужаются, и она подступает ко мне. От греха подальше надо свалить, а то ещё придушит. Эти её ещё когти длинные. Ну нафиг!
— Туше, — поднимаю руки и сдаюсь. — Долго подходящий момент ждала, бро?
— Полтора года, — сменяет Аня гнев на милость и начинает ржать.
Я представляю, как это всё выглядело со стороны, и начинаю ржать вместе с ней. Кто же знал, что именно здесь эта дурацкая премия проходить будет. Интересно, что за девчонка была. Знакомая киска, но вспомнить не могу.
— Всё, — успокаивается сестра, — это просто защитная реакция моей психики. Я в ярости, Даня. Я тебя сейчас кастрирую нафиг!
— Пока у мужчины есть хоть один палец и язык, он всё равно остаётся мужчиной, — демонстрирую сестрице поочерёдно и то и другое, а она смотрит на меня волком. Всё чувство юмора при распределении генов досталось мне.
— Ты нормальный вообще? Ты реально не врубаешься, что натворил?
— Я натворил? Это вы мне помешали. Воспитанные люди в таких ситуациях тихо покидают помещение, а не заваливаются всей честной компанией не в ту дверь!
— А-а-а-а, — беспомощно кричит Аня на весь зал. — Ты идиота кусок!
Двадцать лет женщине, а она ведёт себя точно так же, как и в десять лет. Обзывается и колотит меня.
— Ты что злая такая? Сколько там твоего буржуя нет? Десять дней? Про вирт не слышали?
— Заткнись! Я поверить не могу, что ты настолько конченый! Видимо, при распределении генов весь интеллект достался мне! — Шипит сестра.
Фыркаю и усмехаюсь. Какая самонадеянная. Мозги тоже у меня. И красота. И доброта. Хм, ей только удача досталась и мои самые удачные черты лица.
— Да расслабься, бро. Все всё понимают. Дело молодое. Завидуешь что ли? Ну застукали нас твои охранники. Дальше что? Костяну расскажут и тебе атата сделают? Что ты завелась-то? Релааакс.
— Тебя застукала дочь ректора, а не наша служба безопасности, — упирает Аня руки в боки и смотрит на меня.
Эта сладенькая дочь новой ректорши? Прикольно.
— Ну и?
— Ну и? Ну и? — Начинает передразнивать меня сестра, и каждый раз её тон становится громче. — Ну и она может всё рассказать своей мамаше или своей подружке! Или в «Подслушано» это слить. Да кому угодно! Она прекрасно знает, кто я такая! Выяснить, кто ты, много ума не нужно! Ты, блин, не просто Даня Кузьмин, Даня! Ты мой брат! Ты член нашей семьи! А репутация НАШЕЙ семьи, блядь, очень важна!
Аня окончательно выходит из себя, и только сейчас я задумываюсь, что таки да. Я эпично проебался. Но, блин, почему из-за её семейного положения я должен жертвовать своей жизнью. Она вышла замуж за сына олигарха, а я должен отдуваться? Нет! Один раз живём. И я не хочу оглядываться.
Бедная Аня. Такая богатая и такая бедная. Видимо, удачу распределили всё-таки тоже мне.
— Прости, бро. Я не подумал!
— Даня, — моя сестра перестаёт злиться, и я вижу, как её тело начинает сотрясаться, а потом она начинает рыдать. Опускается на пол и садится на него. Я не могу смотреть на её слёзы. На её отчаяние. Как бы я не стебал её, не издевался, она часть меня. Моя самая родная и близкая, и если плохо ей, плохо и мне. Жирный минус близнячества.