— Кхм-кхм, — слышу за спиной. — Молодой человек, я смотрю, вы не совсем верно поняли свой функционал, — с иронией говорит новая ректорша. — Дана, не злоупотребляйте своим служебным положением.
Да она с приколом. Мне нравится.
Прижимаю дочурку ректора к своему телу, чтобы прикрыть стояк, и вместе с ней разворачиваюсь лицом к её мамочке. Девчонка явно чувствует мой член своей поясницей и продолжает яростно подёргиваться.
Моя сестрица в восторге. Не может скрыть одобряющей улыбки. А вот истинную реакцию ректорши раскусить не могу.
— Приношу свои глубочайшие извинения, Луиза Александровна. Слишком обрадовался назначению. Готов…
— Так, всё, — перебивает меня, — служебные отношения на рабочем месте запрещены. Имейте в виду. Дана, Дана…
Смеряет свою дочь таким взглядом, что у меня аж яйца сжимаются. Походу, малышке достанется.
С другой стороны холла доносятся голоса, шаги, и пространство заполняют администрация и сотрудники академии. За ними начинают подтягиваться и студенты. Видимо, уже всё готово к награждению.
Ректорша ещё раз кидает уничижительный взгляд на дочь и отходит к своим подчинённым. Все начинают стягиваться в конференц-зал.
Сестра приближается ко мне вплотную и шепчет в самое ухо, опасаясь, что её услышат.
— Мы изъяли все видео-записи под предлогом проверки. На тебя ничего нет. И, кстати, на видео из зала не видно, что за блондинка скачет на тебе. Воспользуйся этим.
Отходит и многозначительно смотрит на нас.
Нахожу взглядом Олю с Катей, которые сидят в окружении Костяновских чуваков, и понимаю, что действительно у Оли и Даны практически одинаковые волосы. Блин. Ну это же жёстко. Она мне после такого точно второй раз не даст. А мы уже настроились.
Гадские Ананьевские. Жизни мне не дают.
Может, и вправду свалить в Красноярск и жить себе в кайф.
Как же не хочется быть таким гадёнышем. Я же грин флаг. Меня любят и ценят за доброту и эмпатию, а тут такого ангела шантажировать принуждают. Почему Анчелла такая сука?
— Может, ты отпустишь меня наконец? — Шипит ангелоподобная бестия и опять начинает вырываться, снова провоцируя моего парня на боевое положение.
— Отпущу, — разворачиваю её к себе и склоняюсь к губам, — смотри, как удачно получается. Твоя мама увидела, как мы страстно целовались перед аудиторией. А у нашей службы безопасности изъяты все видео-записи сегодняшнего утра. Не видно, как я с подругами заходил в зал. Не видно, что ты делала половину первой пары. Зато видно, как на мне скачет девочка с очень красивыми высветленными прядями. Если ты потопишь меня, то только вместе с собой. Видео из коридора с нашим поцелуем тоже в распоряжении мальчиков-зайчиков.
— Сука! — Девчонка смотрит на Олю и краснеет от ярости.
— Сама отказалась от свидания, сладкая. Но я не злопамятный совершенно и с радостью проведу с тобой вечер. И не один, — отпускаю девчонку и понимаю, что она реально мой подарок на день рождения. И я хочу эту малышку.
— Окей. Допустим, вы сегодня победили. И тебе сойдут эти выходки с рук, — девчонка нарывается и снова подходит близко ко мне, — но я клянусь, я отомщу тебе! Не расслабляй булки, Даниссимус!
Думаю, что терять мне уже нечего, и не отказываю себе в удовольствии, снова пользуюсь отсутствием дистанции и целую малышку.
— Ау! — Горячая прибалтка кусает меня за губу, показывает фак и убегает.
— Встретимся в ректорате, сладкая! Жду не дождусь! — Смеюсь и кричу ей вслед.
А булки расслаблять действительно нельзя, надо выяснить, где мы пересекались. Слишком активно тусовался. Рейвы, фестивали, клубы, хаты. Задачка не из лёгких. Я вспомню, нужно просто выяснить время и место.
6. Даня
— Я тебе поражаюсь, — подходит смеющаяся Аня. — Ты отлизал одной, а потом полез целоваться к другой?
— Обижаешь! Я без латексных салфеток для кисонек и презервативов из дома не выхожу. Тем более ты мне жвачку вкусную дала.
— Что? Для кунилингуса есть салфетки какие-то? И как это? — Моя сеструха-пуританка удивляется так, будто я ей Америку открыл.
— Тебе не надо. Забей.
— Вечно от тебя ничего полезного не дождёшься. Ладно, что там дочка ректора? Сработало?
— Сработало. Теперь грозится мне отомстить. Страшно, жуть. Но ты же видела её. Она на меня запала. Да и вообще после меня девочки шёлковые. Всё норм будет.
— Ну конечно! Она не промах. Принципиальная и смелая. Бесит... Если бы не я и мой гениальный антикризисный план… Короче, твой волшебный пенис, увы, не панацея, Данчелла!