— Ну вот… — Кристи тоже надула губки — Я думала, мы прошвырнемся куда-нибудь в Малибу!
— Обязательно прошвырнемся, дорогая! — пообещал я — Но сначала дела. Мне нужно решить все по журналу. Вы же слышали мои планы?
Обе девушки синхронно кивнули, заулыбались. А вот Ларри внимательно на меня смотрел, покачивая головой. Судя по всему он уже не верил в наш проект с “Ловеласом”. А я резко понял, что моё беззаботное время заканчивается. Прямо здесь, под палящим солнцем на Манхэттен-Бич. И теперь мне предстояло решить — ждать, пока за мной придут вояки, или самому сделать этот чертов шаг навстречу судьбе, которая пахнет порохом и кровью.
Глава 25
Делать шаги навстречу судьбе я начал сразу после того, как развез ребят по кампусу. Последним высаживал Ларри и тут смущаясь, спросил, что ему делать с отснятой вчера пленкой.
— Прояви ее, напечатай фотографии. Сможешь сделать тайком? — спросил я
— В вечернее время в университетской фотолаборатории пусто — пожал плечами парень — Сделаю. Но что ты планируешь делать с этими снимками?
— Шантажировать ими, конечно
Надо было видеть лицо Ларри.
— Рейчел? Да как ты…
— Успокойся! — я хлопнул друга по плечу — Само наличие таких фотографий — мощный инструмент контроля. Нам для мужского журнала понадобятся красивые девчонки. Каждый месяц, из года в год. Где их брать?
— Ну рекламу дадим — неуверенно произнес Ларри
— И придут какие-то шлюхи жирные. Нет, красавицы — это штучный товар, за ними придется побегать, поискать. Нам понадобится свое портфолио издательское, которое мы будем показывать кандидаткам. Мол, посмотрите, у нас все прилично, искусство.
— Что-то я сомневаюсь, что я вчера смог снять на приличном уровне…
— Так ты же учишься, набиваешь руку. Я тебе еще двух красоток подгоню. Близняшки с зелеными глазами. Представляешь?
Ларри бросило в краску:
— Кит, нас посадят за такое!
— За что?
— Нарушение законов о нравственности.
— Их скоро отменят — уверенно произнес я, потом вспомнил кое о чем, достал из кармана двести долларов, сунул Ларри — Отдай тренеру. Скажи Кит нашел деньги, благодарит за помощь.
— Ага, отдам — покивал парень — А если спросит насчет футбола…
— Скажешь, что я теперь играю “в высшей лиге”. И там пипец, как тяжело будет.
— Я серьезно!
— Ладно, скажи, что через пару лет, я стану спонсором Троянцев. Построю им новый стадион.
— Да он поржет только
— А ты поспорь с ним на бабки….
***
После кампуса, я отправился закрывать все вопросы в Эсквайр.
Внутри редакции все осталось прежним: тот же запах дешевого табака, кофе и типографской краски, который въедался в стены десятилетиями. Фрэнк Синклер сидел за своим заваленным бумагами столом, долбя очередную заметку и его поношенный пиджак в клетку выглядел особенно жалко на фоне моего нового облика. Когда я подошел ближе, он поднял голову, и я увидел, как его глаза за стеклами очков начали медленно округляться, а челюсть непроизвольно пошла вниз, обнажая желтоватые зубы. Он не просто удивился, он буквально онемел на несколько секунд, после чего медленно поднялся со своего места, не сводя с меня ошарашенного взгляда.
— Кит, это ты или мне пора завязывать с виски по вечерам? — Фрэнк вышел из-за стола и начал обходить меня по кругу, словно осматривал диковинный экспонат в музее, периодически протягивая руку, чтобы потрогать ткань моего рукава. — Откуда у тебя, черт возьми, взялись деньги на такой костюм, и что это за котлы у тебя на запястье, которые стоят больше, чем моя тачка?
— Она у тебя старая.
— Нет, я серьезно!
Я позволил ему закончить этот ритуальный осмотр, сохраняя на лице вежливую, но слегка отстраненную улыбку, которая так хорошо подходит людям с большим капиталом.
— Мне досталось внушительное наследство, Фрэнк, так что жизнь сделала резкий поворот в более приятную сторону, — ответил я, поправляя галстук и чувствуя на себе взгляды других сотрудников, которые начали отвлекаться от своих печатных машинок. — И теперь я планирую заняться делом, которое мне действительно интересно: я открываю свой собственный журнал.
Синклер издал короткий, сухой смешок, в котором сквозило недоверие пополам с профессиональной горечью человека, съевшего пуд соли на газетных полосах.
— Журнал? Кит, парень, ты явно перегрелся на солнце, пока катался с нами, потому что издательский бизнес — это тяжелая, неблагодарная и крайне низко маржинальная затея, где ты скорее просадишь свое наследство, чем заработаешь хотя бы на новую пару ботинок.