Она издала пронзительный смешок. "Молодец Кори", - подумала фру Трелу.
- Они не очень хорошо говорят по-бенски. Они беженцы - из тех, кто пережил то извержение и землетрясение в Порлинте в прошлом году.
- Но, Эстра, - запротестовала фру Бригсби, - когда сразу после катастрофы я заговорила с тобой о том, что нам следовало бы собраться и что-нибудь сделать для этих бедняжек, ты... ну, я буду говорить прямо. Ты очень холодно отнеслась, Эстра. А теперь вдруг пустила к себе в дом сразу двух беженцев - а они даже не говорят нормально!
Наступило молчание, которое фру Трелу злорадно не стала прерывать. Атна сама возобновила разговор, понизив голос:
- А ты уверена, что они женаты, Эстра? Я такие веши слышала! Люди брали к себе беженцев, а они оказывались ворами или убийцами...
- Мери и Кори не воры! - отрезала фру Трелу. - И я искренне сомневаюсь, чтобы они были убийцами. Они просто молодые супруги, которым нужна была помощь как раз тогда, когда и мне понадобилась помощь, так что мы помогаем друг другу. - Она глубоко вздохнула, стараясь подавить раздражение. - Атна, мне действительно некогда.
- Конечно! Но нам обязательно надо встретиться! Скажем, в артас? Я прихвачу салатик со скаппином и пряников, и мы вчетвером можем чудесно пообедать и поболтать. Мы так давно не виделись, Эстра! Ну, я больше не буду тебя задерживать. Увидимся в артас, в обед. Береги себя, милая.
Она повесила трубку, оставив фру Трелу задыхаться от негодования.
Атна Бригсби придет в гости через два дня? Остановить ее, конечно, не удастся. Ее нос почуял пищу для сплетен, и она не успокоится, пока не добудет всех подробностей о Кори и Мери, а потом раззвонит по всему Джиллу и окрестностям.
Фру Трелу повесила трубку, повернулась к мойке - и ахнула, взглянув на молодую чету глазами постороннего.
Мери убирала кастрюльки, а Кори заканчивал вытирать посуду. На обоих были кожаные костюмы в обтяжку - другой одежды у них не было. На глазах у фру Трелу Мери взяла тяжелую чугунную сковороду и наклонилась, чтобы убрать ее в духовку. Фру попыталась себе представить, какое выражение лица будет у Атны Бригсби, если во время ее визита ей продемонстрируют такое же зрелище, и почувствовала огромный соблазн оставить все, как есть.
- Мери, - проговорила она, призвав себя к порядку, и пошла к плите за чайником. - Кори.
Они повернулись к ней. Молодая женщина придвинулась к своему мужу, широко открыв встревоженные глаза, казавшиеся особенно огромными на ее худеньком личике.
- Приближается зима, - сказала фру Трелу, стараясь говорить медленно, чтобы ее поняла и Мери, - и вам нужна будет теплая одежда. Завтра мы поедем в город и купим вам что-нибудь хорошее. Одежду получше, - добавила она, заметив, как неукротимые брови Кори ползут вверх.
- Фру Трелу, - пробормотал он, - купить... - Он повернул руки ладонями наружу. - Наверное, мы не купить.
Она нахмурилась.
- У вас нет денег, чтобы купить одежду, да? - Она покачала головой, притворяясь раздраженной. - И это после того, как вы столько здесь работали? Ты что, думал, что работаешь бесплатно, Кори?
- Обед, - неожиданно ответила Мери. - Ужин. Постель.
- Вы двое едите так мало, - с чувством сообщила ей старуха, - что на этом я выигрываю. Я должна вам кое-какую одежду - может, пару курток. Так мы будем в расчете за то, что вы уже успели сделать, ладно?
Мери посмотрела на мужа, а тот, как всегда, по-заморски повел плечами и чуть поклонился:
- Спасибо вам, фру Трелу.
- Всегда пожалуйста, - ответила она, неожиданно растрогавшись.
Кори взял жену за руку, и они вдвоем бесшумно выскользнули из кухни, оставив за собой только негромкое пожелание доброй ночи.
- Доброй ночи, дети, - тихо проговорила фру Трелу и повернулась к мойке, чтобы налить в чайник воды.
* * *
- Ты должна устроиться как можно удобнее, - мягко сказал Мири Вал Кон. - Позже ты сможешь проделывать это в любой обстановке, но во время обучения лучше, чтобы тебе было как можно удобнее. - Сидя на кровати, скрестив ноги, он улыбнулся. - Стоило бы расплести косу и снять сапоги. Можешь вообще раздеться, если так тебе будет лучше.
Расплетая косу, Мири ухмыльнулась:
- Мне не хотелось бы так тебя соблазнять.
- Я, - сурово заявил он, - выше этого. Не тебе считать разведчиков простыми смертными.
Она изобразила нарочито почтительный поклон ученика учителю, изумленно округлив глаза:
- Простите меня, командор. Я буду помнить.
- Постарайся, - приказал он и тут же ухмыльнулся. - А я постараюсь, чтобы мои мысли оставались чисты.
Мири встряхнула головой и быстро расчесала волосы пальцами, сев на лавку у стены, стянула с себя сапоги, а потом избавилась от одежды.
- И что теперь?
Он похлопал по кровати рядом с собой:
- Иди сюда и ляг.
Она легла на спину, устремив взгляд на его лицо и сжав правый кулак на груди.
- Тебе удобно? - спросил он. - Не холодно? Лучше, если ты вытянешь руки вдоль туловища и расслабишь пальцы. - Он ласково убрал медные пряди, прилипшие к ее щекам. Его пальцы легко скользнули по ее губам. - Даю тебе слово, шатрез: это вещь хорошая. Славная и дружелюбная, совсем не страшная. Даже я смог ей научиться с первого раза.
Она весело рассмеялась и легла так, как он ей посоветовал.
- Хорошо, - проговорил Вал Кон, обратив внимание на то, что ее мышцы по-прежнему напряжены. - А теперь я расскажу тебе, что будет происходить, а потом покажу тебе как. А потом я попрошу тебя повторить все самостоятельно, пока я буду за тобой наблюдать. Хорошо?
- Ладно.
Она смотрела прямо ему в глаза. Вал Кон положил ладони на колени, не делая попытки разорвать между ними связь.
- Этот прием, - негромко сказал он, - называется "Радуга". Это способ расслабить ум и тело так, чтобы можно было повысить внимание и мыслить... правильнее. Когда человек напряжен и смущен, он делает ошибки. А напряжение и смятение выпивают из жизни радость, чего следует избегать. Мы должны стремиться увеличить радость, а не уменьшить, для этого и создана "Радуга".
Он почувствовал, что его голос приобретает нужный ритм, и поймал себя на том, что произносит те же слова, которые много лет назад услышал от Клонака тер-Мьюлена.
- Вот что тебе надо сделать, - сказал он Мири. - Представь себе цвета радуги, один за другим: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый, и используй... ключ... каждого цвета, чтобы сильнее расслабиться. К тому моменту, когда ты дойдешь до конца радуги, ты будешь чувствовать себя очень хорошо: тебе будет тепло и уютно. Тебе может даже показаться, что ты паришь. А потом ты спустишься по ступенькам и пройдешь в дверь. Вот что произойдет. - Он выгнул бровь. - Продолжим?