- Ладно, - тихо отозвалась Кем.
Хакан проехал по подъездной дороге и выключил мотор. Он секунду сидел, сжимая пальцами рулевое колесо и глядя на вихри снега и серое небо.
- Кем? - проговорил он. А потом он быстро повернулся, и его сильные пальцы осторожно сжались у нее па запястье. - Кемми, я по тебе скучал.
- Я тоже по тебе скучала, Хакан. - Она помедлила. Ей было очень неловко, но она твердо знала, что пришло время говорить правду. - Я хочу, чтобы мы больше никогда не расставались.
Его лицо разгладилось, а улыбка получилась почти такой же яркой, какой была раньше. Но потом он снова стал серьезен.
- Нам надо о многом поговорить. Но сегодня... давай просто побудем вместе, хорошо?
- Хорошо. Мне это нравится.
Кем улыбнулась, и Хакан смущенно откашлялся.
- Ну... Пойдем посмотрим, что за безобразие устроил нам на ужин Кори.
Ужин Кори был произведением искусства. Он превратил обычные мясо и овощи в экзотические блюда, чуть пряные и удивительные. Хакан достал бутылку отцовского вина из осеннего отжима, и трапеза прошла настолько приятно, насколько может быть приятной трапеза для молодой девушки в обществе двух почти безмолвных джентльменов.
Кори со слабой улыбкой и поклоном выслушал комплименты по поводу своего кулинарного искусства. Как всегда, он очень уклончиво ответил на вопрос, где научился так готовить, и замолчал, как только Кем перестала спрашивать.
Вино помогло Хакану немного расслабиться, и когда послеобеденные фрукты были съедены, а посуда аккуратно поставлена в мойку, он уже очень походил на того Хакана, которого Кем знала. Телефонный звонок, которым замур Мельтц сообщил своему сыну, что останется ночевать в Джилле, не желая пускаться в дорогу под сильным снегопадом, похоже, помог ему восстановиться окончательно. Он широко улыбнулся Кем:
- Кажется, тебя тоже отрезал снегопад, киска. Если, конечно, ты захочешь.
- Хакан!
Она кивком указала на Кори, но тот, похоже, был целиком поглощен отмыванием суповых тарелок. Улыбка Хакана стала еще шире.
- Эй, Кори! Оставь все это до завтра, друг. После завтрака мы втроем все быстро перемоем. А сейчас нам надо порепетировать! До фестиваля осталось совсем немного!
Кори повернулся, и на его перерезанном шрамом лице Кем прочла тревогу.
- Хакан...
Но Хакан схватил ее за руку и потащил по коридору в гостиную, насвистывая на ходу.
Кори бесшумно вошел в гостиную, когда Хакан уже начал настраивать гитару.
- Садись за инструмент, дружище, и пусти дым из клавиатуры!
- Хакан... - снова начал Кори, но тот с ухмылкой прервал его быстрым перебором.
- В чем дело? Играть разучился?
- Нет...
- Ну, так чего ты ждешь?
Гитара начала плести сложный узор аккордов. Спустя секунду Кори прошел за рояль, сел на табурет и поднял крышку.
Он так долго сидел, подняв руки над клавиатурой, что Кем уже подумала, не откажется ли он играть. Но потом, очень осторожно, словно ожидая не музыки, а взрыва, он прикоснулся к клавишам и негромко сыграл несколько гамм.
Гитара перешла на ритм, называвшийся "Бит Байли". После секундного колебания рояль подхватил свою партию.
Кем откинулась в кресле, не сводя глаз с лица Хакана, приготовившегося отдаться музыке. Ее жених неожиданно нахмурился - а ее собственные уши запротестовали.
Она повернулась и изумленно посмотрела на Кори. Рояль послушно издавал ноты, нужные и в должном темпе. Кем почувствовала, что с технической точки зрения мелодия сыграна безупречно: даже безумный зигзаг звуков, который обычно заставлял Кори качать головой, получился правильно, безукоризненно.
Но это играл не Кори! В музыке не было радости, горячности, тонких оттенков. Так могла бы сыграть музыкальная шкатулка, а не такой музыкант, как Кори.
Кем беспокойно шевельнулась в кресле, подумывая, не пойти ли ей к роялю, чтобы заставить его перестать. Но потом она замерла и наклонила голову - за роялем и гитарой она уловила еще какой-то звук.
Видя, как все сильнее хмурит брови Хакан, она тихонько встала с кресла и пошла, чтобы открыть дверь.
В круге желтого света на крыльце стояла крошечная фигурка. Капюшон куртки был откинут, и рыжие волосы припорошил снег.
- Мири, ветров ради! Да ты же совсем закоченела! - Кем схватила подругу за руку и втянула в дом, вглядываясь в темную дорогу. - Как ты сюда добралась?
- Пришла пешком, - спокойно сообщила Мири.
Кем изумленно уставилась на нее:
- От Бригсби? В такой снегопад? Мири...
Мири пожала плечами:
- Я пришла повидать Кори.
- Да, моя хорошая, но ты же могла нам позвонить! Хакан бы за тобой съездил. Давай мне свою куртку, ты ведь промокла насквозь! Что это на тебя нашло?
- Я пришла повидать Кори, - повторила Мири и крепко обняла Кем. - Не суетись, Кем. Тут же недалеко. И там, откуда я родом, такой снег бывает... еще как часто!
Она вздрогнула и повернула голову в сторону гостиной.
- Хакан с Кори репетируют, - робко начала Кем, но Мири прервала ее, стремительно повернувшись обратно.
Ее серые глаза стали огромными.
- Он так не играет!
Кем беспомощно развела руками и снова заметила снег в волосах подруги.
- Иди к огню, - приказала она, радуясь тому, что хоть эту проблему можно легко решить. - Сейчас я принесу тебе горячего чаю с виски. Тебе повезет, если ты не подхватишь просто чудовищную простуду!
Мири слабо улыбнулась и направилась к гостиной.
Она двигалась с бесшумной грацией, которая могла бы поспорить с изяществом движений самого Кори. Кем секунду наблюдала за ней, а потом направилась на кухню.
Руки Кори тяжело опустились на клавиши, завершив бездушно-безупречную мелодию диссонансом. Хакан с облегчением прижал струны ладонью и поднял голову.
Его друг смотрел на дверь, и лицо его ничего не выражало. Хакан обернулся туда же.
Мири стояла в центре двустворчатой двери, не видя ничего, кроме сидевшего за роялем мужчины. Она не двигалась долгие секунды, а потом вдруг шевельнулась, перевела взгляд и тепло улыбнулась.