– А разве хранитель может так сделать? – недоверчиво переспросила я. – Ну, в смысле, просто отказаться служить хозяину?
– Конечно. – Мор презрительно распушил усы. – Тесса, хранитель – слуга, но не раб. Точнее даже сказать – помощник. Да, я связан с книгой. И да, я связан с хозяйкой книги. Но вспомни – именно я выбрал тебя. И именно я в один не очень прекрасный день перестал выполнять приказы Терезы.
Я заинтересованно подалась вперед, понимая, что мы подошли к самой сути.
Наконец-то! А то я уже устала от этого разговора, полного недомолвок и скрытых угроз. Не говорю уж про подколки со стороны противного блондина.
Шейн тем временем подошел ближе. Устало опустился в кресло напротив. Мор ловко сбежал с его плеча и перепрыгнул на обложку гримуара, лежавшего прямо по центру между нами.
– Что ты слышала про прошлогодний судебный процесс в Греге над ведьмами-отступницами? – внезапно спросил он.
– А какое отношение это имеет к тебе и к Терезе Гремгольд? – ответила я вопросом на вопрос, растерявшись от столь резкой перемены темы.
– Поверь, самое прямое.
Я неопределенно повела плечами.
Если честно, я особо не интересовалась этой темой. Тогда я как раз переехала в Дарес, встретила Бриона и была полностью во власти первой любви.
Конечно, история эта наделала слишком много шума, поэтому совсем мимо моего внимания она пройти не могла. Поэтому я знала, что в магнадзоре были зафиксированы странные выплески энергии в одной из самых отдаленных областей Грега. На расследование этого феномена послали какого-то молодого и ретивого инспектора. Правда, вот беда – вскоре после прибытия в Грег он перестал выходить на связь. Тогда на исконную территорию ведьм была отправлена целая комиссия, которую возглавлял Маркус Трейден. Именно ему удалось разоблачить целую секту поклонниц богини ночи и заслужить тем самым всеобщую любовь и почитание.
Но при чем тут Тереза Гремгольд? Насколько я помню, она оказывала всяческое содействие магнадзору. Более того, один из выпусков «Трибадских новостей» был отведен под интервью с ней, где она многократно извинялась за то, что проглядела столь жестокую и кровавую секту, зародившуюся на поднадзорной ей территории. К слову, жертвами ведьм-отступниц становились лишь бродяги, потому, собственно, власти так долго не замечали ничего подозрительного. И потом, не стоит забывать, что Тереза лично привела в исполнение приговор преступницам. Самый жестокий за все время существования магнадзора.
– Ну, основные детали ты знаешь, – довольно резюмировал Мор. – Правда, наверное, вряд ли догадываешься, что Тереза сама входила в эту секту. Более того, возглавляла ее.
– Что?
Я неверяще распахнула глаза, уставившись на Мора.
Да он, должно быть, издевается! Или шутит. А скорее всего, издевательски шутит.
– Я говорю чистую правду, – спокойно сказал хранитель. – И кстати, секта эта действовала на территории Грега гораздо, гораздо дольше, чем было объявлено общественности. Когда Тереза поняла, что запахло жареным, она стала действовать очень быстро и решительно. Здраво рассудила, что будет правильнее обойтись малой кровью. Выбрала из числа своих сообщниц тех, кто согласился взять на себя всю вину. Затем принялась прилюдно каяться и посыпать голову пеплом. Образно выражаясь. Так она пыталась доказать магнадзору свою полнейшую непричастность к произошедшему. Ну а участие в казни послужило своеобразным жирным финальным мазком и неоспоримым свидетельством невиновности Терезы.
– Что-то верится с трудом! – Я недоверчиво покачала головой. – Ведьм-отступниц сожгли на костре! Да они бы на допросах выложили всю правду, лишь бы избежать столь чудовищной участи. Ради смягчения приговора пошли бы на любую сделку со следствием. И Тереза не могла не понимать этого.
– О, поверь, Тереза знала, что эти девушки, чья вина, уверен, гораздо меньшая, чем ее, будут молчать. – Мор печально усмехнулся.
– Что ты вообще знаешь о служении богине ночи? – внезапно спросил Шейн. – Ну, кроме того, что этот культ запрещен в Трибаде и что его последователи практикуют человеческие жертвоприношения?
Я опять пожала плечами.
Да что они ко мне пристали с этими расспросами? Я считала, что в этом разговоре право задавать вопросы и получать ответы принадлежит мне. А такое чувство, будто сама на допрос угодила.
Однако Шейн продолжал требовательно на меня смотреть, и я нехотя заговорила.
– Ну… – протянула неуверенно. – Говоря откровенно, я не особо религиозный человек. Есть единый бог и единая богиня, которые создали этот мир и храм которым стоит на главной площади Дареса. И есть бог хаоса и богиня ночи, которые правят миром мертвых. И вот им поклоняться как бы не очень рекомендуют.