– А мне кажется, это действительно… хм-м… необычно, – поспешил мне на помощь Шейн. – По крайней мере, попробовать точно стоит.
– Что же ты тогда не ешь? – огрызнулся Маркус.
Блондин пожал плечами и подцепил блинчик.
– О, я вся пылаю, – мгновенно раздался женский томный голосок. – Давай, макни меня в джем, увлажни меня.
Шейн дернул кадыком, но стоит отдать ему должное – спокойно отправил блинчик в рот. Тщательно пережевал и послал Маркусу широкую улыбку.
– Между прочим, очень вкусно, – сообщил ему с издевкой.
Маркус с сомнением посмотрел на свой блинчик и наконец решился. Поднес его ближе…
– Возьми меня в рот! – прошептали ему чувственным мужским басом. – Тебе понравится, обещаю. Я трепещу от желания почувствовать твой язык.
– Тьфу ты!
Маркус в сердцах сплюнул и откинул вилку подальше. Выскочил из-за стола и с самым решительным видом направился к дверям.
– Куда ты? – окликнула я его.
– На кухню, – мрачно пробурчал Маркус. – Бутерброды себе сделаю.
– Заодно посуду помой, – попросила я.
Маркус круто развернулся на каблуках и уставился на меня с таким изумленным видом, как будто с ним заговорила некая неведомая зверушка.
– Между прочим, я за разделение домашних обязанностей, – проговорила я. – Я готовлю – а кто-то из вас моет посуду. Разве не справедливо?
– Да, Маркус, – опять вмешался Шейн. – Нельзя же всю домашнюю работу взваливать на хрупкие женские плечи. Не по-мужски как-то.
Губы инквизитора превратились в две тонкие бескровные линии – с такой силой он их сжал. И смотрел он на меня так, что я вдруг пожалела о затеянной игре.
По-моему, не самая лучшая идея злить человека, от которого в ближайшем будущем будет зависеть моя жизнь.
Но опасливая мысль промелькнула и тут же исчезла. Понятия не имею, что вчера сделал Шейн, но сегодня я действительно чувствовала себя совсем по-другому. И злость Маркуса не пугала меня, а забавляла.
– Ладно, – прошипел Маркус. И буквально выбежал прочь, словно опасался, что я дам ему еще какие-то поручения по хозяйству.
Едва за ним захлопнулась дверь, как Шейн расхохотался в голос.
– О тьма! – простонал он. – Тесса, девочка моя, это было восхитительно! На какой-то миг мне почудилось, что Маркус все-таки не выдержит и в сердцах запустит в тебя какими-нибудь чарами.
Я тут же напряглась. Так, а не перегнула ли я палку?
– Не переживай, – поторопился успокоить меня Шейн, прочитав мои встревоженные мысли. – Тесса, чем сильнее красивая девушка раздражает мужчину, тем больше он хочет уложить ее в постель.
– Или свернуть шею, – возразила я.
– После того, как уложит в постель. – Шейн послал мне шутливый воздушный поцелуй.
– Ну и каким боком ты ко всему этому причастен? – полюбопытствовал Мор. – Явно ведь без тебя не обошлось.
– Да я почти ничего и не делал. – Блондин пожал плечами. – Мор, Тесса – ведьма. Причем не просто потомственная. Да ее тетя – сама Тереза Гремгольд! Но когда ведьмы слишком долго общаются с обычными людьми, то… как бы это правильно назвать… скучнеют. Утрачивают то пламя в крови, которое выгодно отличает их от обычных девушек. Все-таки понятие «ведьма» – это, скорее, даже не про направленность магического дара говорит, а про нрав и характер. Поэтому я самую чуточку помог Тессе. Снял с нее те ментальные ограничения, которые появились после жизни в Даресе.
– А Маркус это не почувствует? – спросил Мор. – Не хотелось бы, чтобы вы опять поцапались перед самым отъездом в Грег.
– Нет. – Шейн покачал головой. – Это даже не чары в общепринятом смысле слова.
В этот момент откуда-то из глубины дома послышался оглушительный грохот. Да такой, что даже окна в обеденном зале жалобно задребезжали.
Шейн уже был на ногах. Причем поднялся он так быстро, что я не успела заметить его движения – оно слилось для меня в одну стремительную тень.
– Это еще что такое? – спросил блондин, нахмурившись.
– О, не переживай, – благодушно обронила я. – Это еще одни мои чары, которые я установила на кран.
Шейн приподнял бровь, но не успел ничего спросить. В следующее мгновение в столовую ворвался Маркус. Но в каком виде! Несчастный был мокрым с ног до головы, причем до такой степени, что казалось, будто кто-то окатил его водой прямо из ведра.
– Тесса! – совершенно по-змеиному прошипел Маркус. – Это уже не смешно!