Маркус странно дернул кадыком, как будто хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Кивнул и первым отправился к дверям, даже не посмотрев в мою сторону.
– До свидания, – вежливо проговорила я, поспешно встав. И тоже со всей возможной скоростью рванула за инквизитором, осознав, что в противном случае останусь с Терезой один на один.
– До скорой встречи, Тесса Аддамс, – донеслось напоследок.
Путь домой прошел в полнейшем молчании. Маркус шел быстро, не оглядываясь на меня. Мне пришлось почти бежать, лишь бы не отстать окончательно.
Ох, не нравится мне его поведение!
Стоит ли удивляться, что в родной двор я ворвалась запыхавшаяся и раскрасневшаяся. Успела заметить, как Маркус вихрем промчался мимо матушки и Шейна, которые расположились в беседке и перебирали какие-то травы, прогрохотал сапогами по крыльцу и скрылся внутри дома.
– Что это с твоим женихом? – удивленно спросила матушка, проводив инквизитора озадаченным взглядом. – Неужели Тереза отказалась давать ему развод?
– Да нет, – тяжело дыша, ответила я. – Напротив. Сказала, что к завтрашнему приему все необходимые бумаги будут готовы.
– К приему? – переспросила матушка. Тут же всплеснула руками. – Ах да. Завтра же у Терезы день рождения. Юбилей настоящий. Ей шестьдесят исполняется. По-моему, весь Грег пригласила. Ну, кроме нашего семейства, естественно.
Я с затаенной завистью вздохнула. Стало быть, я не ошиблась в оценке возраста верховной ведьмы. Но как здорово она выглядит для своих лет!
– Нас с Маркусом она как раз пригласила. – Я подошла и устало опустилась на лавочку рядом с Шейном, который крутил в руках засушенную веточку лаванды. – Даже пообещала уладить мои проблемы с ведьмнадзором. Кстати, и тебя с отцом звала на чашечку чая как-нибудь.
– Тереза Гремгольд пригласила нас на чашечку чая? – Матушка не выдержала и рассмеялась. – Вот уж спасибо! Но, пожалуй, мы откажемся.
– Почему? – вдруг спросил Шейн. – Тесса рассказала мне о ваших напряженных отношениях. Но вам не кажется, что любая вражда рано или поздно должна закончиться? Вашему браку много лет и его уже вряд ли расстроишь. Возможно, Тереза и впрямь хочет помириться с единственным братом.
Матушка не торопилась отвечать. Она вновь принялась перебирать пахучее разнотравье, тщательно сортируя его по одним только ей ведомым признакам.
– Сложный вопрос, – наконец негромко сказала она. – Тереза уже не единожды делала подобные попытки. В самый первый раз я даже поверила в ее добрые намерения. Тот вечер, пожалуй, стал худшим в моей жизни. Ну, если не считать дня, когда умерла мать. Тереза была сама любезность. Рассыпалась в наилучших пожеланиях, клялась в том, что все дурное осталось позади и теперь она всецело одобряет выбор брата и очень рада за нашу семью. Но… Всю следующую неделю после этого я не могла встать с постели. Я даже путь домой толком не запомнила, хотя выпила бокал вина, не больше. Мне снились кошмары. Каждую ночь мне чудилось, будто едва я закрываю глаза – как попадаю в объятия огромного паука, который высасывает из меня энергию. За несколько дней я исхудала до невозможного состояния. Мои волосы вылезали клочьями. Но это не было проклятием. Мать, тогда она еще была жива, сбилась с ног, отпаивая меня целебными снадобьями. Никто не мог понять, что со мной приключилось. Никаких чар на мне не было. Тереза постоянно присылала мне букеты с записками, где желала скорейшего выздоровления. Но от запаха этих цветов мне становилось еще хуже. Едва наступала ночь, как приятный аромат оборачивался запахом гниющей мертвечины. – Матушка смущенно улыбнулась и спросила почему-то Шейна, который внимательно слушал ее: – Не веришь мне? Наверное, звучит как бред.
– Почему же? – возразил он. – Очень даже верю. Но как вам удалось выздороветь?
– Благодаря матери. – Матушка опять зарыла руки в травы. – Она провела ритуал передачи энергии. После этого я быстро пошла на поправку, а Джейс Аддамс стала так же быстро угасать. Не прошло и полугода, как она предстала перед судом богов. И перед смертью попросила только об одном – никогда больше не принимать Терезу Гремгольд у себя в гостях и избегать с ней даже случайных встреч. – Она вздохнула и совсем тихо завершила: – До сих пор я думаю, что она обменяла мою жизнь на свою.
– Отец в курсе? – поинтересовалась я.
– О, ты знаешь отца. – Мать печально усмехнулась. – Он крайне далек от магии. Да, он очень переживал, когда я заболела. И так же искренне обрадовался, когда выздоровела. Моя просьба воздержаться от общения с Терезой его удивила, но возражать он не стал. Ты же знаешь, твой отец всегда был своего рода изгоем в семье.