Затем круто развернулась на каблуках и величественно прошествовала прочь. А за ней последовал и охранник, плотно прикрыв за собой дверь.
А он-то почему вышел? Как-то не по себе от такого. Мягко говоря.
Ингмар дождался, когда мы останемся одни. Прищелкнул пальцами – и стены кабинета засеребрились какими-то чарами.
– Не беспокойтесь, госпожа Аддамс, это обычная предосторожность, – ответил он на невысказанный вопрос, застывший в моих глазах. – Я должен точно знать, что нас никто не подслушивает.
– Не доверяете госпоже Гремгольд? – поинтересовалась я.
Ингмар как-то странно хмыкнул. Медленно подошел и опустился в кресло напротив.
– Вы знаете, кто я? – спросил негромко.
– Полагаю, что инквизитор, – с плохо скрытой иронией ответила я. – И полагаю, что работаете в магическом надзоре.
Ингмар улыбнулся. Удивительное дело, но почему-то в этот момент мне нестерпимо захотелось с воплем ужаса ринуться куда-нибудь подальше от этого мужчины.
– «Инквизитор» – это устаревшее понятие для таких, как я или Маркус, – проговорил Ингмар. – Лично мне не нравится, когда меня так называют. Сразу веет чем-то средневековым.
– Извините, – на всякий случай буркнула я.
– И я не просто работаю в магическом надзоре, – продолжил Ингмар все так же спокойно и размеренно. – В настоящий момент я его возглавляю.
От этой новости я быстро-быстро заморгала.
Получается, передо мной человек, который подчиняется только королю. По сути, в иерархии власти Ингмар занимает почетное второе место.
Даже странно, что он возглавил поиски какой-то беглой ведьмы, вся вина которой заключается в нарушении правил регистрации.
– О чем вы только что подумали? – спросил Ингмар, который внимательно наблюдал за моей реакцией.
– О том, что у Бриона оказались на редкость хорошие связи, – честно ответила я.
Ингмар вдруг фыркнул от с трудом сдерживаемого смеха. Откинулся на спинку кресла и несколько раз размеренно постучал пальцами по подлокотникам.
– Госпожа Аддамс, смею вас успокоить, ваш бывший жених не имеет никакого отношения к моему появлению в Греге, – сказал он весело.
Еще интереснее!
Я буквально слышала, с каким натужным скрипом работают мои мозги, силясь осмыслить новые факты.
– В таком случае, у Терезы Гремгольд хорошие связи, – осторожно проговорила я. – Это же она сообщила вам, где меня искать? А впрочем, оно и неудивительно, учитывая, сколько заслуг у верховной ведьмы перед короной.
– О, думаю, мое появление здесь стало для госпожи Гремгольд крайне неприятным сюрпризом. – Ингмар покачал головой. – Более чем уверен в том, что она намеревалась покончить с вами без лишнего шума и тем более не привлекая внимания надзора. После происшествия годовой давности Тереза хотела уйти в тень. По крайней мере, до тех пор, пока шумиха не уляжется.
Я сдавленно хмыкнула. В словах Ингмара прозвучал жирный такой намек на то, что он знает обо всех преступлениях Терезы.
– Тогда каким образом вы оказались здесь?
Ингмар перевел взгляд на дверь. Недоумевая все сильнее, я тоже посмотрела в ту сторону. В этот момент дверь бесшумно приоткрылась и в кабинет проскользнул Маркус.
При виде бывшего инквизитора мое удивление достигло предела.
Ничего не понимаю! Я думала, Маркуса тоже арестовали. Как пособника особо опасной преступницы. Но он, как я вижу, спокойно передвигается по дому без всякой охраны.
Сполохи чар на стенах зарябили, когда Маркус подошел ближе. Остановился около кресла Ингмара, дружески кивнув мне.
– И-и? – вопросительно протянула я, когда пауза несколько затянулась. – Что все это значит?
– Тесса, как по-твоему, чем я занимался вчера весь день? – спросил Маркус, скрестив на груди руки.
– Понятия не имею, – обескураженно отозвалась я. – Ты и носа не показывал из комнаты.
Хотела добавить, что Маркус выглядел слишком расстроенным после встречи с Терезой. Но покосилась на Ингмара – и промолчала.
Лучше мне держать язык за зубами. По крайней мере, до тех пор, пока я не пойму, какого демона происходит.
– Но как ты думаешь? – не унимался Маркус.
– Да откуда мне знать? – не выдержав, повысила я голос. – Уж извини, сквозь стены я не умею видеть.
– Шейн предположил, что я уныло вздыхал над портретом своей возлюбленной жены, – с иронией проговорил Маркус. – Из этого я делаю вывод, что мой спектакль вполне удался, раз уж мне удалось его обмануть.