Он всё-таки взял у наследника номер телефона, когда они были в лесу. Сначала не собирался, но потом написал Дэвису. Почти сразу, несмотря на занятость, они начали переписываться. Во время переписки, по крайней мере, Эспер мог представить, что общается со старым знакомым, а не с наследником лесопилки. Меньше, чем за неделю он узнал о собеседнике больше, чем за всё остальное время: например, что Дэвис любит заниматься садоводством и выращиванием растений, одинаково хорошо владеет как правой, так и левой руками, что у мужчины есть сестра много младше его, с которой связана какая-то долгая запутанная история. Райвен кратко изложил свои взгляды на организацию работы в компании. У того хорошо получалось объяснять сложные вещи простым и понятным языком.
Может, наследник согласится встретиться вечером на неделе? Ну да, держи карман шире. По характеру переписки нельзя сказать, что общение или чужое общество того напрягает. И у Дэвиса была одна хорошая черта: тот никогда не оставлял сообщение без ответа.
В холле гостиницы Эспер сразу же направился к стойке регистрации.
— Сейчас мистер Дэвис не проживает в нашем отеле, — подняла взгляд от экрана девушка-администратор в очках в чёрной толстой оправе.
— Посмотрите раньше, — немного удивлённо попросил Эспер. Дэвис что, съехал на днях? — Он должен был останавливаться у вас в конце апреля.
Сотрудница покачала головой.
— А проверьте фамилию Аддерли. Я точно не могу назвать даты заезда и выезда. На прошлой неделе, посмотрите четверг. Они должны были заселиться в один день.
Девушка слегка поджала губы, словно наперёд сомневалась, что из этого что-то выйдет.
— Был снят один номер повышенного комфорта на двоих: один взрослый и ребёнок с раздельными спальнями, но постояльцы давно выехали. Номер зарегистрирован на фамилию Аддерли. Номер достаточно большой, он рассчитан до четырёх человек, но мы сдали его мужчине с ребёнком. Я их отлично помню: номер был забронирован больше чем за месяц крупной фирмой и персонал получил специальные указания. Но в эти же числа я не вижу никого с фамилией Дэвис.
В смысле его тут нет?!
Не дослушав, он перебил:
— Вы уверены, что не ошиблись?
Эспер врос ногами в мрамор пола, не спеша уходить. В Лондоне только одна гостиница с таким названием, и он точно помнил, как именно этот адрес называл Райвен — дословно.
Быстро облизнул губы.
— Послушайте… — Эспер оперся о край столешницы, затем сделал шаг назад и зачесал волосы, — здесь какая-то ошибка, я уверен, он есть у вас в базе…
— Я могу проверить ещё раз, если хотите, — без особой веры в голосе произнесла сотрудница. Девушка искренне хотела помочь: возможно, так на неё подействовал его убитый вид. — Фамилия верна? — записала быстро на отрывном листке и показала Эсперу, при этом взглянув на парня поверх очков. — Укажите полное имя, попробую проверить так.
Эспер по памяти написал те данные, что видел перед поездкой в Неаполисс. Руки слегка дрожали. Во всех документах и договорах Райвен значился под своей фамилией, тут вариантов быть не может. Почему данных о регистрации Дэвиса в «Аберлэйне» нет ни за одно число? За последний месяц он должен был останавливаться здесь как минимум дважды!
Мисс просматривала данные за последние два месяца, включая сегодняшний день. Пока Эспер стоял у стойки, чувствуя себя и без того неловко с громоздкой затасканной сумкой и спортивках «Рибок» среди всей этой роскоши и порядка. Как турист только что с вокзала.
— Нет. Ни одного посещения. Сейчас среди постояльцев нет никого под данными Райвен Х. Дэвис. Даже если предположить, что в программу имя внесено неверно, так как вариантов написания может быть много, у нас давно никто не останавливался под такой фамилией… На букву Д. у нас сейчас проживает мистер Дорнетт, — далее сотрудница начала перечислять всех постояльцев под фамилией на букву Д. Класс. Ну и что теперь? Компания Дэвиса не предоставляла ему апартаменты в «Аберлэйн Хотэл».
Пристально вглядываясь в лицо и жесты девушки, Эспер попробовал сначала:
— Вы сказали, что хорошо запомнили мужчину с ребёнком, которые были здесь неделю назад.
— Да, у меня хорошая зрительная память.
Эспер ощутил всю свою глупость: он до сих пор не додумался сделать фото Райвена.
— Попробуйте вспомнить, не видели ли вы мужчину примерно пять футов десять дюймов (прим. автора: около 178 см). Белый. Англичанин. Каштановые волосы, — ребром ладони отметил длину волос, — до середины шеи, слегка волнистые, — он так много говорил, что во рту пересохло. — На вид лет тридцать, речь без акцента. У него были такие эксклюзивные часы на левой руке со светлым крокодиловым ремешком. — В Лондоне он неоднократно замечал у Дэвиса эти часы — особенно хорошо помнил, когда Дэвис волок его по ступенькам до выхода на парковку, а потом наносил на рёбра гель.