Боясь разбудить Райвена, он почти не дышал. От напряжения и от сидячей позы по ногам распространилось покалывание. Пришлось приподняться. Эспер навис над спящим.
Пальцы собирали скользящий по коже рукав в складки, поднимая тот выше и выше по руке. Эспер чувствовал кожей легкую шероховатость волосков на предплечье.
Казалось, время замерло. Он сосредоточенно тянул рукав вверх, оголяя правую руку спящего. Его бледные пальцы, сминающие лёгкий, почти невесомый материал, смотрелись как-то незнакомо на золотистой коже Дэвиса. Непривычное ощущение.
Покалывание в напряжённых икрах передалось вверх по ногам, мышцы начало сводить. С колотящимся сердцем Эспер присел на корточки.
Какого чёрта я делаю? Склонившись над Райвеном, опустил лицо и медленно обвёл того взглядом с ног до головы. Успел уже накрутить себя до такой степени, что мысли путались.
Зачем ему понадобилась эта татуировка-шрам?
Он просто хотел убедиться, что она действительно существует. Попробовать, какая она на ощупь.
Эспер отнял руку и снова уселся на корточки. Запустил обе руки себе в волосы, колеблясь, а потом со вздохом сложил ладони домиком перед лицом.
Неподвижное лицо Райвена неудержимо притягивало взгляд, словно во сне тот обладал магической силой. Волосы художественным каскадом скрывали часть щеки. Эспер протянул руку ладонью вниз и поводил над лицом спящего. Тот никак не отреагировал, только по лёгкому колебанию воздуха, если подставить ладонь, можно понять, что тот дышит и всё еще жив. Линия среза воротника ровной линией закрывала ключицы. Золотая цепочка отчасти спряталась под прошитой изнутри тёмной полосой материала, сама подвеска была спрятана под майку.
Какое горячее плечо… Татуировка уместилась на внешней стороне руки. У Райвена плечи не были худыми, надо сказать, на аппетит ему жаловаться не приходилось.
От головы отхлынула кровь. В нём засела острая необходимость прикоснуться, потрогать, неудержимое желание дотронуться заняло все мысли.
Он почти не осознавал своих действий. Эспер развел пальцы, скользя по рукаву вверх и сминая ткань, даже сквозь которую он ощущал жар тела. Уже смелее. Коснулся выпуклой татуировки на плече. Кожа здесь абсолютно гладкая, но не такая, как от ожога. Эспер понял, что слишком резко выдохнул. Как необычно. Обвёл пальцами выпуклый символ, пытаясь разобрать концепцию рисунка. Внутри ощущались небольшие углубления, словно кто-то пытался придать изображению объёма. Детали отличались от татуировок на запястьях. Словно отпечаток клейма, только если бы его ставили не чтобы заклеймить человека, а придать его телу нечто особенное. Это так сложно объяснить.
Его ладонь свободно поместилась под широким полупрозрачным рукавом. Эспер восторженно, с нарастающим беспокойством оглаживал выступающие контуры рисунка на плече. То, чему он не мог подобрать слов, пугало почти также сильно, заставляло всё сжиматься внутри и дрожать, как вероятность того, что сейчас Дэвис откроет глаза.
Стук сердца отдавался в рёбра. Мозг лихорадочно искал соответствия с рисунком, увиденным много недель назад в чужом дневнике.
Похоже, он свихнулся. Как только он увидел её на плече у Дэвиса, странная отметина превратилась в настоящую занозу у него в голове.
Он слишком далеко заходит, пора остановиться. Вот сейчас он включит голову и остановится. Нужно перезапустить свою батарею.
Вытянул ладонь из-под рукава и легонько оправил тот. В этот же момент его поймали за руку. Сердце ухнуло вниз и застучало где-то в мозгах. Райвен резко сел на диване. Эспер отшатнулся, и Дэвис спустил ноги на пол. Мужчина с такой силой вцепился в его запястье, что ногти побелели. Эспер как заворожённый уставился на эти ногти: словно боялся, что они прорастут и пронзят ему вены.
Мужчина прищурил нижние веки, вглядываясь в него. Зрачки опасно сузились.
Ну и что теперь? Похоже, он попал. Как теперь объяснить вот это всё?
Осознав, что так и сидит на корточках прямо-таки в ногах Дэвиса, он резко отшатнулся. Тиски ослабли, и Эспер вырвал руку, на которой остались бледные следы от захвата пальцев.