Чёрт, как больно! Вот гадство! Ещё и в бок вступило.
Не ожидая, что будет так больно, Эспер присел на корточки, потирая лоб. У него чуть искры из глаз не посыпались. У Дэвиса что, лоб как пепельница?!
Невольно прижал к рёбрам локоть. Скорей всего, Дэвис случайно задел его плечом, или он сам врезался. Пару секунд он сидел, ссутулившись и стараясь перетерпеть боль. Тогда даже мысли не возникло, что мужчина заострит на этом внимание.
— Сэр, простите, — поднял взгляд снизу вверх на Дэвиса, сидя на корточках. Ему почему-то стало смешно. Поднялся сам.
Мужчина поморщился и приложил ладонь ко лбу. Потом наклонился, подобрал с пола последний валявшийся журнал и бросил на стол поверх остальных.
— Мне нужно кое-что найти. Простите, сэр, что так получилось, — уже улыбаясь, пробормотал Эспер, ощупывая саднящий лоб и бровь. Ощутил под пальцами небольшую опухлость. Теперь точно будет шишка.
Дэвис хмыкнул. У него лоб, кстати, покраснел в месте ушиба.
— Сэр… — его оклик настиг Райвена у самого выхода.
В полушаге от двери мужчина остановился. На затылке его волосы замысловато переплетались, отливая в тусклом вечернем свете.
— Вы же сдержали слово и не сказали мистеру Дошу о том, что произошло в подвале, сэр?
— Твоему шефу я не сказал ничего, — удивлённо произнёс Дэвис, оборачиваясь.
— Спасибо, сэр.
Хотя бы в этом он решил довериться наследнику. Как показала практика, Райвен умел держать язык за зубами: про тот случай в заповеднике, где они по вине Эспера застряли на ночь, Дэвис ни словом не обмолвился мистеру Дошу.
Следующие слова застали его врасплох:
— А следовало бы. Именно потому, что я не стал доводить до сведения мистера Доша, ты знаешь, что за этим последовало. Ты был избит до такой степени, что не мог позаботиться о самом себе. В некотором роде я соучастник этого бардака.
— Сэр, это вообще никак не относится к драке, — вырвалось у Эспера. — Я не то хотел сказать, я не имел в виду… Забейте. Ведь не произошло же ничего страшного в итоге. Я был реабилитирован и выступил в сборной. Ну, мы же взяли золото как-никак.
Эспер решил, что то количество смайлов и стикеров, которым они обменивались во всяких чатах, даёт ему право использовать более неформальный стиль, и что Дэвис, вдруг ставший опять жутко официальным, не придаст этому значения.
Что-то в расслабленной позе Райвена изменилось, и внезапная мягкость в голосе напугала даже больше, чем прежняя деловая холодность.
Задело, что Дэвис втолковывал ему как трёхлетнему ребёнку:
— Эспер, то была не драка, а избиение. Трое мужчин против одного. Твой босс мог не знать, что ты прошёл курс лечения, однако неправомерно превысил свои полномочия. Может, у меня глаза на спине? Думаешь, я совсем дурак? Можешь притворяться сколько угодно перед своими друзьями, но не передо мной. Я не твой приятель, и не нужно играться тут со мной. Запомни это, пожалуйста, и впредь не держи меня за идиота, — уже спокойнее проговорил наследник. Его слова прошлись дрожью по телу.
Эспер уже понял из их общения, что Дэвис в качестве главы компании вёл себя иногда жёстко, но мужчина никогда раньше не комментировал чужое руководство.
Тут сам чёрт дёрнул за язык:
— Ну, с собой-то не сравнивайте. Если бы ваш сотрудник ударил вас, я не думаю, что вы бы подослали охрану его избить.
Их взгляды задержались друг на друге: острый, прямой Дэвиса и его — слезящийся от горьких остатков табачного дыма.
— Я бы его уволил, — последовал ответ, и Эспер захлопнул рот.
Они не раз говорили об этом инциденте и обо всех тех последствиях, которые он повлёк за собой. Отчего Эспер вынужден был думать, что Райвен терпит его только из жалости, как после обвала в подвале, когда Эспер как дурак нарвался на неприятности по собственной инициативе. Босс лишил его премии, на которую он очень рассчитывал. Он бы мог сразу покрыть всю сумму за тренировочный лагерь или, по крайней мере, отложить на машину.
— Я вижу, мои слова хоть что-то донесли до тебя, — хмыкнул Райвен. — Имей в виду, я не терплю непрофессионализма. Он вызывает у меня изжогу.
Разве он знал, что дальше что-то может пойти не так? Если бы знал заранее, попробовал бы остановить наследника? Задержать и просто поговорить с ним?
Войдя в фуршетный зал, Эспер ещё раз потрогал бровь и ощутил под пальцами небольшую припухлость. После корявого разговора с наследником откуда-то взялось странное волнение. Хотя оно возникло ещё утром в преддверии важного дня, но исчезло, стоило пройтись с Райвеном по Галерее. Эспер не мог предугадать, как в следующую минуту изменится у того настроение. Последние слова Дэвиса прочно увязли в мозгу, и никакие методы не помогали избавиться от них. Осматривая зал, Эспер уже знал, что ему лучше оставить Райвена в покое и держаться на расстоянии, отчего всё внутри стягивало в тугой узел в знак протеста.