— И чего вы хотите?
— Уж точно не того, что тебе показывало твоё бурное воображение. Я не собираюсь подвергать тебя пыткам или бросать в подвал. Или стрелять в тебя из ружья.
— Зачем я вам? — перефразировал вопрос. — Вам совершенно необязательно было этого делать, но вы отвезли меня домой и обработали синяки. У вас ведь есть аптечка в машине и в ней наверняка есть спирт, зачем было так заморачиваться? Вы хотели мне помочь? А ваш разговор с мистером Дошем? Вы убедили его, что сами задержали меня в Неаполиссе, хотя это было не так. Только благодаря вам у меня не было проблем.
Да не только разговор. Дэвис направил Дошу рекомендательное письмо. Передал жаркое. Оплатил обратный билет на поезд. Тогда в больнице в Неаполиссе он даже поверил, что Дэвис о нём беспокоился. То, каким взволнованным и запыхавшимся выглядел Райвен, когда появился на лестничной клетке. Помог добраться до дома, накупил лекарств и ещё обработал его раны. Не хуже врача.
Своим жёстким голосом Райвен вырвал его из воспоминаний:
— Мне? Эспер, а ты правда уверен, что ты мне зачем-то нужен? Ты понятия не имеешь обо мне. Скажи, чем я вызвал такой интерес у тебя, — Райвен неприятно скривил лицо. — Думаешь, я не знаю, что ты спрашивал обо мне в городе?
Но… Откуда…?
— А в кабинете искал сведения обо мне. О Хоре Дэвисе.
— Вы позволили мне осмотреть кабинет, — почему он вдруг начал оправдываться?
— В подвал спускаться тоже я велел? Мне твой труп был бы ни к чему.
Недолго поразмыслив, Дэвис произнёс:
— Я позволил тебе осмотреть кабинет, так как хотел убедиться, что в тебе заговорит любопытство.
— Так это была проверка? Насчёт кабинета мистера Финча… вы знали. Вы это устроили.
— Ты очень проницателен, но допускал одну ошибку за другой. Я не понимаю, за каким дьяволом тебе необходимо было ехать в Манчестер, — Райвен запустил пальцы в волосы и небрежным жестом отвёл с лица, — ты не понимаешь, что это не игра. И ты стоишь сейчас здесь и разговариваешь со мной только благодаря моей поддержке. Благодаря тому, что я контролировал ситуацию. Я понял ещё в Неаполиссе, что с тобой будут проблемы. Я знал и о том, что ты читал душеизлияния старика, и что искал информацию обо мне в интернете.
Дэвис всегда был на шаг впереди него. С самого начала.
— А мистер Дош? Вы подстроили аварию во время фуршета. Я видел ваше лицо. Вы знали, что должно произойти, вы были готовы к этому.
— Умно, мистер Холмс, — Райвен аж рассмеялся. — Да я погляжу, у тебя целый компромат на меня. А ты растешь, даже разговор с Блейтит записал. Только, детка, у тебя ничего не выйдет.
— Да вас просто распирает чувство собственного достоинства, — поддел Эспер.
— Хочешь сделку? Ты кончаешь с этим цирком — я объясняю суть. — Райвен приоткрыл рот, собираясь ещё что-то добавить. Он больше не смеялся.
— Это вы подстроили аварию во время речи моего босса? Не смейте уходить от ответа.
— Ох, поразительно. Ты говоришь, чтобы я не… смел? — в уголках губ дрожала ухмылка. — Ты ведь хотел этого в глубине души? После того, что твой босс сделал с тобой. Так почему произошедшее так расстраивает тебя?
Не мог же он сказать Райвену в лицо, что его пугает то, что мужчина был причастен к этому. А если бы знал, дал бы упасть световой установке на Райвена Дэвиса? Не было ли решение оттолкнуть Райвена ошибкой?
— И я дал вам ключи от своей квартиры… — Эспер на миг прикрыл глаза.
— Ты что, плачешь?
Мужчина выдохнул, должно быть, поражаясь его упорству:
— Этот разговор заведёт нас в тупик.
Он мог сдать Дэвиса полиции, хоть сейчас, но Эспер чётко осознал, что не сделает ничего подобного. Где гарантии, что Райвен тут же не испарится? Он смог стереть память целому городу, расстояние не было помехой… Он будет играть с каждым как кошка с мышью, пока не надоест. Именно поэтому любой проигрывает после встречи с ним.
— Вы ведь ужасно занятой человек, — еле слышно произнес Эспер, глядя перед собой. — Вы могли сделать это и раньше, — в его словах был упрёк. — Зачем вы столько ждали? Что со мной не так?
Ответ прозвучал неожиданно и пронзил его куда глубже, чем ожидал Эспер:
— Я объясню тебе, почему я не стер память еще на турнире. Я видел твой заплыв. На что ты способен. Я не хотел осквернять твою жизнь. Ты был настолько увлечён своим успехом, а я не хотел ничего менять. Я знаю, твоим родителям нет никакого дела до того, чем ты занимаешься. Обо мне ты не имел ни малейшего представления, ты не знал, кто я, и я не стал лезть в твою жизнь. Я знал, что ты твёрд характером, и потом каждый раз убеждался в этом. Как когда-то увидел жажду в Льюисе. Как много лет назад — в Аласторе Финче. Они были моей настоящей семьей, я не желал зла ни одному из них.