— Я поел в клубе, пока ты принимал душ, — пояснил Райвен, так и не оторвав взгляда от экрана.
Эспер осторожно вернулся к их разговору:
— То есть не исключено, что завтра мне может стереть память эта… кто-то из этого вашего отдела контроля? Из-за того, что я много знаю. И всё это ради вашей безопасности.
Райвен слушал его не перебивая. Но смотрел куда-то в сторону.
— Но почему? — он всё ещё не понимал. — Это так опасно? Что о вас будут помнить?
— Ответь сначала на вопрос: тебе понравилось то, что ты почувствовал сегодня? Пока я находился в зале, я воздействовал на твои способности при помощи вдохновения.
Эспер скользнул по лицу собеседника, Райвен удержал его взгляд.
— Понравилось, — тихо обронил он; бренди попало не в то горло, и Эспер судорожно сглотнул. — Понравилось настолько, что я даже приехал сюда с вами, — сдавленно пробормотал Эспер, и мысленно поморщился: его слова не передавали даже сотой доли того, что он на самом деле испытал. Это словно обрести крылья и преодолеть земное притяжение. И как если бы он одновременно отрастил рыбий хвост и жабры, научившись дышать под водой.
— Я не использовал и десятой доли своих способностей, — оглушил его Дэвис.
Их глаза встретились, и Райвен улыбнулся, хотя его взгляд был непроницаем.
— Я объясню тебе. Представь, что ты можешь испытывать это каждый день в неограниченных количествах, просто потому, что я выбрал тебя или моя фирма навязала мне тебя. Но что ждёт тебя потом, когда я исчезну? — Райвен сделал хороший глоток из бокала с бренди. — Люди подсаживаются на эту эйфорию. А потом я просто ухожу, заставляя их помнить. Психологически это тяжело, даже физически это тяжело. Человек не способен отпустить музу — это слишком огромное психологическое давление. Из сотен выдерживают единицы — сильные духом и волей. Получая огромные дозы того, что испытал ты, они готовы потреблять и потреблять, пока не выжмут всё возможное. Возникает ряд проблем: страх, паника, боязнь неудач. Ослабленный человек, лишённый покровителя, сходит с ума или переживает тяжёлый период депрессии, после которой не способен оправиться. История насчитает массу случаев. Прогорает бизнес, рушится карьера, ломаются отношения, распадается семья, увеличивается количество самоубийств… Я и многие другие, кто обладает схожим навыком, сглаживают последствия от столь длительного и сильного воздействия. Не имея воспоминаний о музах, человек начинает новую жизнь. Но человеческий организм непредсказуем. Иногда мои же действия обходятся мне боком.
Эспер с трудом складывал мозаику по кусочкам.
— Вы имеете в виду то, что произошло с доктором Аддерли?
— После зачистки памяти отдача и последствия могут быть гораздо страшнее.
Райвен виновен в этой аварии. Пускай косвенно. Самое неприятное подтвердилось.
— Я не был рядом и не знаю, что там произошло на дороге с его машиной, — его голос прозвучал недовольно.
Дэвис хлопнул себя по коленям, рывком встал и поднял со стола оба бокала. С ними он подошёл к бару. Кажется, Райвен не мог усидеть сегодня на месте.
— Я стёр воспоминания Льюиса Аддерли о себе, как до того поступил с Аластором Финчем. Это моя цена. Льюис достиг своего максимума. Я сделал всё возможное, дальнейшее уже от меня не зависит. — Райвен плеснул себе бренди. — Я стираю память, чтобы обезопасить себя. Только таким образом я могу уйти. И отвечу сразу на вопрос, который ты хочешь задать: так было не всегда. Эти правила относительно новые, им насчитывается меньше двадцати столетий. — Райвен промочил горло, а Эспер фыркнул. Да уж, новые.
Он взял с широкого деревянного блюда бутерброд и некоторое время его разглядывал, решая, насколько сейчас его желудок способен воспринимать еду.
— Музы заключают контракт с человеком, которого берут под опеку, пока не решат, что он достиг своего предела. После этого стирают ему память, и контракт считается завершённым. Людей, заключивший контракт, мы называем подопечными или протеже, мы же зовёмся покровителями или, как верно, музами. Печать контракта ты уже видел на моём плече.
Кусочки бутерброда с мясом просто наслаивались один на другой в горле. Эспер понял, что забывает жевать, сразу проглатывая.
Печать контракта с музой. То, что он видел в дневнике мистера Финча — рисунок, изображающий круглый рельефный символ. Который не был миражом и не привиделся во сне.