Дэвис небрежно откинул волосы с лица и задержал так руку. В словах его звучало хорошее настроение, и когда Эспер бросил на него подозрительный взгляд, лишь заулыбался шире. На мгновение из головы вообще всё вылетело.
— Я был рождён в Византии и большую часть жизни провёл на юге. Сейчас всё изменилось, но когда я был молод, город, где я был рожден, звался Константинополь, — Райвен говорил «сейчас», словно это происходило вчера, а не сотню лет назад.
— Да вы просто!.. — Эспер не верил своим ушам. У него не нашлось слова описать степень древности собеседника. — Вы просто… ископаемое! И вы всегда стирали память целым городам?
— Нет, не всегда… — произнёс мужчина, после чего добавил: — Я не с рождения владел способностью забвения, я приобрёл её позднее. Я не знаю, стоит ли говорить о таком с молоденьким мальчиком, — теперь уже Райвен совершенно точно издевался.
— В смысле?
Райвен как-то странно на него посмотрел, но ничего не сказал.
Византиец, римская кровь… Константинополь. Эспер узнал, что значила фраза Райвена из сна, которая поначалу казалась абракадаброй; он также знал, что медальон является древней реликвией. Но ведь так не могло быть… Их разговор не укладывался в голове. Кроме того он совершенно точно был уверен, что последние слова Райвена связаны с какой-то мутной историей. Да во всём этом рассказе хватало тёмных пятен. Эспер вспомнил страницы на Facebook доктора Аддерли, Instagram Камиллы — ни одного намёка на то, что Райвен вообще существовал.
— А как быть со всеми фотками? У вас же были совместные фотографии с вашим подопечным? Как вы сумели удалить их все?
— Магия, — усмехнулся Райвен.
Ну конечно, магия… что же ещё? Я так легко верю всему, что он говорит. Эспер замкнулся в своих мыслях. В реальность его вернул всё тот же голос, полный сарказма:
— Разве я тебя пугаю? — словно для опровержения своих слов, Дэвис заглянул ему в глаза. По спине пробежал неприятный холодок. Удерживая его взгляд некоторое время, Райвен резко отстранился и направился к бару.
Бр-р!
Насколько помнил Эспер, музы не были созданы для хаоса, они не разжигали войн и не толкали на самоубийство. Они склоняли совсем на другие вещи. Мистер Дэвис может иметь некоторые схожие черты с представительницами этой древней касты: способности, лёгкое внешнее сходство, непредсказуемость, переменчивое настроение, любовь к развлечениям, — но в нём совершенно ничего нет от цветочных нимф, обряженных в ниспадающие одежды, с венком из незабудок в волосах.
Начнём с того, что Дэвис материален, отнюдь не божественного происхождения и он совершенно точно мужчина. Уже несостыковка.
— Вы прекрасно знаете, что я даже не смогу вызвать полицию, — бросил с укором спине Дэвиса.
— Эспер, я никогда не пытался тебе навредить. Никогда, — погасив в баре свет, Райвен резко опустил руки на столешницу. Его ладони хлопнули по дереву.
Стремительные перемены в настроении, вспышки то радости, то злости… изматывает похуже ожидания постоянного подвоха. Музы ветреные, непостоянные, самовлюблённые, взбалмошные, вспыльчивые, их бесят бездари. Эспер не представлял, как тот вообще выдержал весь этот разговор.
Райвен убрал руки с поверхности стола и выпрямился. Мужчина отошёл от бара, его медальон переливался в погруженном в густые сумерки комнате настоящим золотом. Райвен приблизился к дивану, на котором сидел, подавшись вперёд, Эспер.
Сам себе удивлялся. Любой бы вызвал полицию и проследил бы, чтобы Райвена заковали в наручники и посадили в машину с мигалкой. Ему ничего не стоит составить графический портрет преступника. Но вместо этого он взглянул на ситуацию с точки зрения Дэвиса. Больше того, он постарался почувствовать тот удар в спину, который в любой момент мог получить Райвен от любого своего подопечного. Он практически сочувствовал Дэвису. Тот вынужден был вырывать себя из воспоминаний других людей, стирая свою личность снова и снова.
Может быть, от страха у него что-то помутилось в голове, и он начал сопереживать Райвену Дэвису?
Ему так хотелось верить в добрые намерения Райвена, что он уже почти был готов принять что угодно, сказанное этим человеком.
— У нас с тобой получится найти общий язык. Немного правил… как в спорте.
Райвен наклонился к нему и дотронулся до его левого плеча, отчего внутри всё затрепетало. Эспер, сидел, расслабившись и чуть ссутулив спину. Он не мог и не хотел смахивать эту тёплую ладонь со своего плеча. В голове было столько всего. Он изучал лицо Райвена, искал признаки того, как меняется его настроение. Он так отчаянно хотел доверять человеку перед ним.