В числе мужчин оказались и те, кто был уже в возрасте. Эти наверняка на поверку окажутся обычными людьми, как он, без сверхспособностей. Раз Райвен не стареет, то, скорее всего, среди муз не может быть пожилых.
Такое ощущение, что он попал на место съёмок исторического или фэнтезийного фильма. О господи, даже ладони вспотели.
Эспер показал приглашение, которое получил от Райвена через курьера. На входе его никто не остановил, даже не поинтересовался, кто он такой. Так же здесь не было никаких арок металлоискателя и проверок ручной клади. Похоже, на этот вечер Райвен отозвал всю охрану. После покушения на жизнь такое поведение выглядело чересчур легкомысленно. Вряд ли эти дядечки, встречающие гостей, замаскированные вышибалы. Скорее всего, везде понатыканы камеры, а сотрудники, следящие за порядком, находятся где-то неподалеку. Может быть, они силой мысли способны включить сигнализацию и вызвать полицию.
Он прошёл по длинному широкому коридору главного холла с кучей боковых ответвлений, мимо стойки регистрации, прямо за которой был зал с лестницей и лифтами. Паркет умело совмещался с мрамором, отчего гостиница изнутри выглядела более современной.
Эспер непрерывно вертел шеей, словно он очутился в музее, запрокидывал голову, чтобы рассмотреть лепнину на потолке, оглядывался по сторонам, не веря своим глазам.
На него никто не пялился, как того боялся Эспер, не косился подозрительно, вошёл он совершенно беспрепятственно. Забыв, что его должна встретить Добролесна, прошёл в роскошный вестибюль, у основания мраморной лестницы переходящий в просторный зал, уставленный статуями, как какой-нибудь музей. Даже стойка ресепшен была отделана в соответствии со стилем всего здания. Несмотря на скорое начало церемонии, в холле на первом этаже было многолюдно. Эспер, не совладав с эмоциями, бродил по залу, открыв рот, всё больше убеждаясь в реальности происходящего. На стенах висели исполинские картины с древними городами, не только греческими, итальянскими, но и арабскими, египетскими и бог знает ещё какими, и все — под палящим солнцем. То, о чём говорил Райвен, начало обрастать реальными деталями. На одной из картин Эспер узнал южный город во Франции.
Продуманно расставленные по залу статуи изображали юношей и дев, как один — прекрасными, в лёгких струящихся одеждах или полураздетыми, при взгляде на которые у Эспера начали путаться мысли. Они, в самом деле, похожи! Он же представлял себе их именно так! Изображали ли эти статуи настоящих муз или были просто данью культурного прошлого, он не знал наверняка.
Несмотря на прекрасный свежий воздух в помещении, Эспер почувствовал, как его сердце тяжело стучит, и чуть ослабил узел галстука. Пожалуй, всё дело в сковывающей одежде. Придётся потерпеть. Может быть, позже, удастся снять пиджак и остаться в рубашке и жилетке, понадеялся Эспер.
У большинства статуй в руках был музыкальный инструмент или какой-то предмет, символизирующий определенную отрасль науки или искусства. Невольно он искал сходство их лиц со знакомыми чертами. Кем они могли быть? Предки Райвена и других, находящихся в этом здании муз? Всего статуй было чуть меньше десятка, немного выше человеческого роста, непостижимо прекрасные со своих постаментов, они словно довлели над гостями, подобно неким божественным созданиям — над простыми смертными. Эспер обошёл зал полностью и оказался у одного из пунктов, где дежурили ещё два швейцара в ливреях и головных уборах.
Где-то на входе на него и налетела какая-то девица.
Никто так и не понял, что произошло: то ли она не устояла на каблуках, то ли наступила на собственное платье, которое доставало до самого пола и сзади слегка волочилось за ней. Девица очутилась на полу, длинный подол из воздушного плиссированного материала разметался по полу, обдав их обоих складками ткани. Эспер чудом устоял, но одной рукой всё же коснулся пола. Девушка случилась так внезапно, что никто из рядом стоящих не успел её подхватить.
Эспер помог ей выпутаться из платья, по ходу отмечая её просто уложенные волосы, спадающие до лопаток. Похоже, она была здесь едва ли не единственная из женщин, кто распустил волосы. Когда девушка подняла на него лицо, он не смог определить её возраст — вот она, застывшая во времени. Муза.